И вот я привычными уже движениями переместил его потоки, подпитал энергией жизни и только собрался уходить, как услышал хриплый голос:

— Можешь сразу меня убить, я вам ничего не скажу.

— Ну вот. Не зря я с тобой столько времени провозился, ты, наконец-то, заговорил. Только если собираешься умирать, то это без меня. Не люблю, когда мою работу обесценивают. Тем более, что я раньше никогда этим не занимался.

— Как-то в это не верится. Пытаешь ты профессионально, я бы даже сказал слишком.

— Откуда тебе знать, как я пытаю, если ты этого никогда не видел, собственно, как и меня? Или ты что, моё лечение называешь пыткой?

— А ты это называешь лечением?

— Так, дедуля, спишем это на бред после комы. Надо же, ты меня с палачом спутал. Обидно, знаешь ли. Я твоей аурой занимаюсь хрен знает сколько, а вместо спасибо, меня ещё и палачом назвали.

— Где я?

— У меня в гостях.

— Ясно. Значит в плену.

— Слушай, ты если решил таким образом самоубиться, то на дуэль вызывать я тебя не стану. Не нравится, можешь уходить отсюда, куда хочешь. Дверь открыта. Только долечивать я тебя не буду и извинения потом твои не приму. Ясно?

— Долечивать? Меня невозможно вылечить. Они применили артефакт, искажающий ауру. После него, никто не выживает, не говоря уже о том, чтобы вылечиться.

— Дедуль, скажи, а вот этот пессимизм это отдельный возрастной недуг или часть маразма? Включай уже мозг. Ты со мной разговариваешь, а значит жив.

— Это ненадолго. Сегодня, максимум завтра я умру. Жить с искажённой аурой невозможно.

— С чего бы вдруг? Уже около месяца прошло, с тех пор, как я тебя выкопал из-под дерева. И ауру твою в исходное состояние я почти вернул. Ты вон очнулся, а теперь помирать собираешься. Нет уж, не в мою смену. Завтра ещё семь перемещений твоих потоков и твоя аура станет похожа на нормальную, а дальше тебе придётся над ней поработать, чтобы вернуть былые силы.

Судя по толщине твоих магических потоков и их концентрации, ты довольно сильный маг. По крайней мере был. И это… Если ты надумал хандрить и сдаваться то завтра же можешь идти умирать под тот забор, который тебе больше приглянется. Мужчина не должен сдаваться, как бы его жизнь не била. Поверь, я знаю, что говорю.

— Ты умеешь видеть ауры? — удивился старик.

— И видеть, и работать с ними, как оказалось. Ты мой первый пациент, так что не обессудь. Вот, смотри, такой должна быть твоя аура, — показал я тряпичную куклу, которую связал из тряпок Громила и продолжил, демонстрируя на кукле то, о чём рассказывал:

— Когда я тебя нашёл, она была вот такой. А сейчас она у тебя вот такая. Осталось вот эти семь потоков распутать вот так, и твоя аура снова обретёт более-менее нормальный вид.

— Почему более-менее?

— Потому что твои магические потоки стали дряхлыми, если можно так выразиться, но это поправимо.