Мику Джонсону ничего не оставалось, кроме как беспомощно слушать вердикт и наблюдать, как эта юная девка, не знавшая ничего о его друге и напарнике, сознательно подписывает ему приговор. Она не знала, в каком стрессе жил Джерри, с какими отбросами встречался на улице, как рисковал на улицах жизнью!

Ковака признали виновным и дали двадцать лет.

Он дважды подавал апелляцию. И дважды Никки Робертс подтверждала заключение. Она считала, что осужденный не имеет права на помилование, и никакие особые обстоятельства не снимают с него вины за чужую искалеченную жизнь. Эта баба обеспечила Джерри Ковака казенным жильем до конца его дней.

Мик знал, что никогда ей этого не простит…

Он улыбнулся старому другу, стараясь заразить его хорошим настроением, и сообщил, что снова пустил в ход апелляцию и надеется на удачный исход.

– Думаешь, у нас есть шансы? – почти равнодушно спросил бывший напарник.

– Ну конечно. На все нужно время. Ближайшие шесть недель ждать ответа бессмысленно. И это только первый этап.

– Уж чего-чего, а времени у меня навалом, – хмыкнул Джерри. – Лучше расскажи о своем расследовании.

– Расследование движется.

Медленней, чем я хотел бы, но движется. И кажется, я близок к разгадке."

"Джонсон решил не рассказывать Джерри о связи Никки Робертс с делом об убийце-зомби. Сам Мик был твердо уверен, что психотерапевт связана с двумя недавними убийствами, а также замешана в смерти своего мужа. У него просто не было пока доказательств. Как только сучку посадят в камеру, он незамедлительно порадует новостями старого друга. Возможно, арест Робертс сделает ее экспертизу по делу Джерри недействительной, и бывший напарник обретет свободу.

Правда, обнадеживать друга Мик не спешил, у него пока не было твердых улик и свидетелей, но он собирался их найти. А на данный момент он даже Гудмана не смог убедить в своей правоте. Этот бесхребетный слабак пал жертвой женских чар, видите ли! А ведь перед ними разыгрывала роль невинной скромницы и тихой вдовушки едва ли не серийная убийца.

Поговорив о всякой ерунде, Джонсон пообещал Коваку приехать через месяц и убедить Джулию навестить отца. У Мика не было собственных детей, но его возмущало, что единственная дочь повернулась к отцу спиной.

Возможно, теперь, когда из тринадцатилетней девочки превратилась во взрослую женщину, Джулия видела в Джерри только преступника? И виной тому тоже была чертова Никки Робертс.

На обратном пути в Лос-Анджелес в машине Джонсона сдох кондиционер. Он распахнул окна, но все равно словно плыл в горячем киселе, обливаясь потом и хватая ртом раскаленный воздух. Влажные ладони скользили по рулю. Звонок Гудмана вызвал у Мика приступ раздражения.

– Что? – рявкнул он в трубку.

– Где ты? – поинтересовался Лу.