Спустя несколько минут она осторожно выскользнула из зала и побрела по Гранд-авеню к станции метро.

Проходя мимо цветочной лавки, Никки купила большой букет пионов. По совету Гретхен она старалась в каждом дне находить приятные мелочи. Это был главный способ борьбы с депрессией.

Никки почти дошла до метро, когда в одном из проулков заметила девушку – тощую, с редеющими обесцвеченными волосами и впалыми щеками. Девица сидела на асфальте и таращилась прямо перед собой. Зеленовато-синие опухшие запястья, с которых, словно сухая папиросная бумага, слезала кожа, выдавали в ней наркоманку, употреблявшую «крокодил».

Еще недавно Никки не смогла бы пройти мимо. Она остановилась бы, спросила у девушки имя и отвезла бы ее в бесплатную клинику в надежде, что ей поможет программа реабилитации. Но не теперь.

Да, сочувствие по-прежнему жило в ее сердце, однако надежда больше не двигала ее поступками. Никки больше не верила в счастливый финал.

«Кто я такая, если думаю, что кому-то могу оказать поддержку? Я даже себе не способна помочь».

Она отвернулась от наркоманки и ускорила шаг.

Ни букет пионов, ни яркое синее небо ее больше не радовали.

Поймав такси, Никки продиктовала водителю адрес своего отеля в Малибу.

Депрессия. Никки знала, что это такое, и уже чувствовала заранее, когда будет следующий приступ. Мрачно глядя в окно, она прижала к груди букет, словно он был защитным талисманом, а потом вдруг обратилась к водителю:

– Простите, мы можем сделать небольшой крюк? – И продиктовала новый адрес. – Вы подождете меня? Я быстро.

– Там нельзя парковаться.

– Это займет пару минут, клянусь вам.

Кладбище было маленьким и очень ухоженным. Кусты регулярно стригли, трава вдоль проходов была скошена. Надгробие Дугласа, простое и без изысков, было сделано из серого мрамора и содержало лишь табличку с именем и датами.

Никки положила букет пионов и прижалась к надгробию горячим лбом. Вот и все, что осталось от ее прежней счастливой жизни.

«Я всегда буду любить тебя, Дуглас, но никогда не смогу простить».

Никки Робертс зашагала к ожидавшему ее такси.

Она знала, что никогда больше не вернется."