О том, как он цеплялся за Муана и Муан позволял это делать, как он проявлял заботу, приготовил чай… гладил его по голове…

Шен обессиленно опустился на кровать и уткнулся лбом в матрас.

«Все в порядке. Все в порядке. Все в порядке».

Муан стоял в полумраке возле постели, на которой лежал хозяин Проклятого пика. Старейшина пика Славы никогда бы не подумал, что когда-нибудь вот так тайно, без спроса проберется в чужую спальню, но это вышло как-то само собой.

Глаза Шена были плотно закрыты, но он метался в бреду. Пряди грязно-серых волос разметались во все стороны и частично прикрыли его лицо. Он бормотал во сне нечто неразборчивое, хмурился и выглядел болезненно. Муану хотелось верить, что это никак не связано с их разговором и с тем, что он на него накричал.

Муан наклонился к кровати, чтобы убрать с его лица особенно раздражающую прядь. Случайно или намеренно, он провел пальцами по его щеке.

Внезапно Шен схватил его руку, сжав несколько пальцев, и притянул к своему лицу. Муану пришлось наклониться ниже, он удивленно смотрел на него и понял, что Шен делает это во сне. А тот уткнулся лбом и носом в его руку и мирно засопел, наконец перестав метаться. Муан долго смотрел на эту картину. Ему захотелось провалиться сквозь землю, отмотать время вспять и никогда не кричать на него. Да почему старейшина пика Славы вечно сначала поддается эмоциям, а лишь затем думает?! Он чувствовал его теплое мерное дыхание на своей коже. Он уже забыл, из-за чего злился, просто хотелось обнять это несносное глупое существо и спрятать от всего мира. Но даже так… разве он сам не является для него частью этого враждебного мира?

Он чувствовал, что напряжение и боль в груди постепенно ослабевают. Его рука оказалась в сильном захвате, он на самом деле не мог вырвать ее, лишь потянув. Муан присел на край кровати, а затем прилег. Он решил оправдывать такое поведение тем, что тот намертво вцепился в его руку. Он лег, положив на Шена руку и чуть притянув его к себе. Почувствовав его тепло, подрагивающий во сне проклятый старейшина расслабленно вздохнул.

Муан вздохнул вслед за ним и прикрыл глаза. Неожиданно перед мысленным взором проплыла странная картина: как Шен цепляется за него и рыдает, словно ребенок. Такого не было, но казалось столь реалистичным, что вызвало целую бурю чувств в душе прославленного мечника.

Всю ночь он не сомкнул глаз, наблюдая за спокойным дыханием этого несносного любимого существа.

Глава 106.1. Холодность

Рассвет лишь забрезжил, окрашивая спальню проклятого старейшины в серые краски, когда Муан поднялся с кровати. Шен во сне все же ослабил хватку, и старейшине пика Славы удалось аккуратно вернуть свою руку, не потревожив его сон. Лишившись такой грелки рядом, Шен тут же недовольно заерзал во сне.