Кейт не купилась на их коммунистическую идеологию «накажи богатство», потому что сама никогда не была бедной, но «Хакеры» ей понравились, потому что не давали покоя ЦРУ и обходились правительству в миллионы долларов. Она сама была опытным хакером и владела ценной инсайдерской информацией о деятельности Управления, поэтому стала одной из тех, кто превратил «Группу» в глобальную силу. Вытащив бестолковых агрессивных детишек из трущоб Афин, Парижа и Каракаса, она превратила их в организованную группу с надежным финансированием, безжалостную и готовую любыми средствами добиваться своей цели.

Трейси откинулась на спинку стула, вдруг почувствовав, что в ней потихоньку зарождается сомнение.

– Вы говорите о ней с таким восхищением…

– Так и есть: я восхищаюсь ею."

"– А как же насилие? Убиты ни в чем не повинные люди – подростки, преподаватели?.. – Трейси с невероятным усилием выгнала из головы лицо Ника. – Как насчет Нейе?

– Это не имеет к ней никакого отношения, даже напротив: Кейт категорически запретила нападать на школу, но к тому времени она уже утратила контроль над Аргиросом и его подельниками.

– А Генри Кранстон?

– Этот получил по заслугам, – резко бросил Хантер. – Но бомбу ему подложила не Кейт.

– Она там была! – не выдержала Трейси.

Хантер покачал головой.

– Ее подставили. Говорю вам: это не она.

– Допустим. А Боб Дейли? Его убили по ее приказу – я своими ушами слышала запись, где она велела Аргиросу застрелить его. Это факт.

Хантер тяжело вздохнул:

– С этим согласен.

– Так как вы можете ее защищать? Мне казалось, Боб Дейли был вашим другом.

– Был. Признаю: насчет Боба Кейт ошиблась.

«Ошиблась? – Это заявление так шокировало Трейси, что она не нашлась с ответом.

 – Ошиблась? Да они вышибли ему мозги! У парня череп разлетелся на куски!»

Хантер внезапно встал.

– Давайте выйдем на улицу. Хочется глотнуть свежего воздуха.

Они вышли из гостиной и тем же самым путем, каким Трейси попала сюда, через французское окно, оказались в саду. За последний час ветерок из прохладного сделался по-настоящему холодным, и Трейси в своей куцей одежонке задрожала как осиновый лист. Хантер тут же метнулся обратно в дом, схватил с кресла кашемировую накидку и укутал ей плечи, ни словом не обмолвившись о том, что пистолет по-прежнему с ней – крепко зажат в правой руке.

Он чувствовал, Трейси начинает ему доверять, но пока в определенных пределах.

– Спасибо.

Хантер во многом напоминал ей Джефа. Оба невероятно обаятельны, но пользуются своим обаянием, чтобы манипулировать окружающими. «В обоих случаях – мной». Странное это ощущение – понимать, что тебя убаюкивают, внушая ложное чувство безопасности, но все равно не сопротивляться.