— Вадим Александрович, во мне два… нет, три бокала шампанского, и я до сих пор еще слышу фейерверки, поэтому не могли бы вы… для тех, кто в танке…

— Мне кажется, это не телефонный разговор, — после небольшой заминки, говорит он.

Я рычу. Совершенно импульсивно.

Авдеев снова заливисто хохочет.

— Я возвращаюсь пятого, Барби. До этого времени на связи — звони, пиши, любой формат, который будет помогать тебе чувствовать себя комфортно. Иногда я могу не отвечать сразу, но это из-за дочери, а не из-за купальников.

— Тебе говорили, что ты вообще без тормозов?

— Мне говорили, что я жутко старомодный.

— Те фото, что я прислала… — Я ненавижу себя за то, что ему стоило просто намекнуть — и я уже готова добровольно вскрыть ему весь свой шитый белыми нитками план. — Просто не обращай внимания, я ошиблась чатом.

— Кристина, у тебя на тех фото совершенно унылое лицо. Учитывая, что твои возбужденные красные щеки я уже видел, полагаю, у меня нет повода для беспокойства. Извини, что я не рычу и не изображаю неандертальца. Рассчитываю на взаимность. Если на моей территории появится тупая мужская особь, не понимающая, что это — моя территория, я прекрасно пойму и разрулю ситуацию без «случайно не туда отправленных фотографий».

Но давай и правда не по телефону?

— Твоя территория? — переспрашиваю шепотом.

— Надеюсь, Барби, ты услышала не только это?

— Твоя, блин, территория?!

— Прости, Крис, сейчас мне нужно уделить время одной маленькой красотке. Я слишком устал, чтобы отбиваться от двух ревнивиц одновременно. Будь взрослой девочкой и хотя бы иногда проявляй инициативу не только для того, чтобы прислать мне жутко сексуальное видео, договорились? Мне будет приятно.

— Хорошо, — соглашаюсь, хотя до сих пор ни черта не понимаю.

Он бросает короткое «пока» и снова первым кладет трубку.

А я лежу на кровати, раскинув руки и ноги, и изображаю морскую звезду.

Абсолютно офигевшую.

И не счастливую. Конечно же, не счастливую.

Это просто шок.

Глава четырнадцатая: Барби

Третьего утром я приезжаю в офис в очередной снегопад."

"Дорога от метро до нашей «башни» всего десять минут, но я прохожу ее за тридцать, несмотря на то, что дворники и снегоуборочная техника работали, кажется всю ночь.

Приходится пробираться по таким сугробам, что мысленно хочется возненавидеть весь снег на планете и заодно всех тех людей, которым зима без снега — не зима. Так и хочется спросить каждое проплывающее мимо недовольно пыхтящее лицо: «Ну что, выпросили?!»

До офиса добираюсь с небольшим опозданием и ненавижу себя за это, потому что, кажется, абсолютно все уже на работе. И этот чертов снег выпал только для меня!

Поднимаюсь в нашу секцию, по пути сбрасываю пальто на руку.

В шубе, конечно, было бы значительно теплее.