Глава девятая: Барби

Я еще раз делаю полный разворот перед зеркалом, останавливаюсь и провожу ладонями по бедрам, разглаживая на платье от ""Прада"" абсолютно не существующие морщинки, потому что оно слилось с моим телом как вторая кожа.

Поправляю волосы, взбивая копну кудряшек.

Наношу на губы винный матовый тон, совсем немного, чтобы выглядело это так, будто всю прошлую ночь я целовалась до одури.

Сую ноги в сапожки на удобном приземистом каблуке."

"Беру бумажный пакет, в котором тот дешевый «дорогой» чекер, который я купила для мачехи. Все это выглядит как эффектный подарок, ни намека на издевательский подтекст. Честно говоря, я не уверена, что она вообще в состоянии оценить мою тонкую ядовитую иронию, но в целом плевать — достаточно того, что я буду видеть ее лицо, когда она примет в подарок такую же дешевку, как и она сама, и будет так же дешево улыбаться, изображая дешевую радость.

В телефоне сигналит оповещение — такси подъехало.

Накидываю на плечи шубку, ныряю носом в мех, улыбаясь от приятной щекотки ворсинок.

«Хочешь, чтобы я тебя нагнул?» — всплывает в памяти, и щекотка резко стекает от носа вниз по телу, к животу. Самое поганое, что эти пять слов он написал, но в моей голове они звучат убийственно низким Авдеевским голосом.

Я сажусь на заднее сиденье такси.

Борюсь с собой несколько минут.

Никакой новый гениальный план сегодня утром я так и не смогла придумать, потому что снова ворочалась в постели половину ночи, сначала уговаривая себя не придумывать идеальные ответы в разговоре, который уже все равно нельзя отмотать назад, а потом — просто уговаривая себя, что в целом, все и так идет отлично. И единственная — но очень большая проблема на данный момент — это мои собственные реакции.

Я хотела привлечь внимание Авдеева? Я это сделала.

Я хотела заставить его дать мне все, что я захочу? Отлично, мне даже просить не пришлось.

Наше общение как минимум раз вышло «за рамки».

Нужно просто перестать так остро на него реагировать — и позволить ситуации раскручиваться в своем неспешном темпе.

Пока машина едет до дома мачехи — я чувствую острый укол злости за то, что из-за этой суки перестала называть его своим — заглядываю в инстаграм к Дэну. После моего отказа сорваться к нему на праздники, он пропал с радаров. Довольно длительная пауза, но не самая долгая из тех, после которых он, как йо-йо, снова ко мне возвращался. Меня абсолютно не грызет мысль о том, что он мог успеть переключиться на кого-то другого — я никогда не была единственной в списке его женщин, но уверена, что до сих пор его возглавляю. Но это не заслуга моей уникальности или его влюбленности — мне кажется, Дэн вообще не знает, что это такое.