"

"Нахожу первое свободное, бронирую и мысленно умоляю ехать быстрее, пока я не превратилась в сосульку. Проклинаю весь чертов день, как будто сговорившийся против меня. Гипнотизирую взглядом значок машинки на карте, но проходит пять минут — а он даже не двигается. И время ожидания увеличивается до сорока минут.

И «вишенка» на торте — Авдеев.

Я его, блин, уже как собака — шкурой чувствую, узнаю по моментально встающим дыбом волоскам на затылке. Даже голову можно не поворачивать.

И не поворачиваю.

Но взгляд приклеивается к нему как намагниченный.

Фиксирует, как он спускается с длинной лестницы, идет до своей роскошной тачки.

«Бентли» игриво подмигивает хозяину мягким светом, даже в этом выдавая свой статус.

Прежде чем сесть в салон, Авдеев снимает пальто.

Я стараюсь не думать о том, что мой телефон, пока я продолжаю верить в чудо и подгонять такси, близок к тому, чтобы покрыться наледью. В отличие от стекол тачки Его Грёбаного Величества, потому что они точно с подогревом.

«Блядь, да уезжай ты наконец!» — мысленно ору благим матом, потому что проходит пара минут, мотор агрессивно порыкивает, но машина не двигается с места. Мне уже даже кажется, что значок на капоте горит мне назло.

Еще минута. Или уже больше?

Время ожидания такси не изменяется, геометка на карте не двигается, снег валит как сумасшедший. Я уже почти не чувствую щеки и нос.

Я скорее ощущаю, чем слышу приглушенный сигнал.

Ручки «Бентли» подсвечиваются.

Стою как вкопанная.

Сигнал звучит чуть настойчивее, как приказ, которому нельзя перечить.

Не_хочу.

Не побегу на эту подачку.

«Усрусь, но не покорюсь» — это про меня.

В руке вибрирует телефон.

«Хентай» — на экране.

Я прикладываю его к уху с четким намерением послать.

— Садитесь в машину, Барр.

— Спасибо, но мое такси уже за поворотом. — Язык во рту от холода тоже едва ворочается. Хочется верить, что мой голос звучит более убедительно, чем мне это слышится.

— За поворотом в другом конце города? — Его тон ленивый, даже немного скучающий. — У вас нет вариантов. Садитесь.

Я не хочу принимать эту подачку.

Сначала унизил, теперь — гладит по головке.

Медлю. Или это просто мои ноги заледенели и не слушаются?

Авдеев ждет несколько секунд, прежде чем раздраженно цокнуть языком.

Я одновременно фиксирую, что в динамике наступает тишина и Его Императорство выходит из машины.

Поднимается ко мне.

Проклятье, какой он здоровый — даже стоя на пару ступеней ниже, все равно смотрит на меня сверху вниз.

— Вы меня невероятно разочаровываете, Барр, — берет за локоть, и это ощущается как захлопнувшаяся рабская колодка. — Я думал вы просто упрямая, но вы все-таки глупая.

Щелк!

Я физически ощущаю этот шлепок по заднице.

Такой… с оттяжкой, профессиональный.