— С моим ростом, Барби, метро — это всегда лотерея. Либо я выхожу оттуда с новым сотрясением, либо — со свернутой шеей.

— Ой, да ладно тебе, великан, — я смеюсь, проталкивая его к турникетам. — Не такой уж ты и высокий. Просто потолки здесь для обычных людей, а не для баскетбольной сборной. Будешь вести себя хорошо — куплю тебе каску. Розовую. С ушками.

Он что-то бурчит про «маленьких злобных гномов», но послушно проходит через турникет, когда я прикладываю свою старую, еще действующую MetroCard. Запах метро ударяет в нос — смесь металла, пыли, чего-то неуловимо-затхлого и… энергии.

Этот запах я не спутаю ни с чем. Он такой же неотъемлемый атрибут Нью-Йорка, как желтые такси и небоскребы.

На платформе довольно людно, но не так, чтобы совсем уж толкаться. Мы ждем поезд, и я украдкой наблюдаю за Вадимом. Он выглядит… странно органично в этой обстановке. Бейсболка, надвинутая на глаза, кожаная куртка, джинсы. Никакого пафоса, никакой надменности. Просто мужчина, ждущий поезд. И от этого он становится еще более, блин, притягательным."

"Подходит поезд, шипя и громыхая. Двери разъезжаются, и мы втискиваемся в вагон.

Мне удается занять сидячее место у окна, а Вадим остается стоять, возвышаясь надо мной, как скала. Он действительно слишком высокий для этого места и ему правда неудобно. И когда он, чуть согнувшись, чтобы не приложиться головой о поручень, устраивается поудобнее, его предплечье ложится на верхнюю перекладину прямо над моей головой. Футболка натягивается на его груди, а потом, когда он чуть расслабляется и выпрямляется, задирается спереди, обнажая полоску идеально рельефного живота. Несколько кубиков пресса, смуглая кожа, темная дорожка волос, исчезающая под поясом джинсов.

Я пялюсь на этот участок его тела, словно загипнотизированная. Чувствую, как во рту пересыхает, а низ живота начинает тянуть знакомой, сладкой болью.

Вадим достает телефон, что-то быстро набирает, хмуря брови. Сосредоточенный. Деловой. Даже здесь, в этом громыхающем, разрисованном маркерами вагоне метро, умудряется выглядеть так, будто решает судьбы мира. И это абсолютно невероятно сексуально.

Рядом со мной пристраиваются две девицы — типичные американки, громко жующие жвачку и стреляющие глазами по сторонам.

Их взгляды почти сразу натыкаются на Вадима. И зависают. Я вижу, как они перешептываются, хихикают, бросают на него откровенно пожирающие взгляды. Одна из них достает телефон и, делая вид, что просто листает ленту, начинает его снимать.

Сучки.

— Oh my God, Becky, look at him, — шепчет одна другой, но достаточно громко, чтобы я услышала. — He’s, like, a total DILF[7]. Seriously.

Меня накрывает. Мгновенно. Яростно. Перед глазами буквально красная пелена.