— Всё же не думаю, что тянуть дворянина на дыбу по малейшему подозрению, это хорошая практика, — покачав головой, возразил я.

Нет, ну а чего такого-то? Со мной ведь разговаривают, так отчего бы и не поговорить. Начать крушить и прорываться всегда успею. Коль скоро не крутят, и не вяжут, значит имеют на меня какие-то планы. А я что, очень даже готов, если это меня устроит. Опять же, я не один, за мной семья, и хотелось бы оградить их от неприятностей. А потому тянем до последней возможности.

— Меня всегда поражало то, как в вас, Пётр Анисимович, уживаются молодой и пылкий юноша, со взрослым и рассудительным мужчиной. Хорошо. А если так. Кроме озвученного, я совершенно точно знаю, что вы под видом неумехи подмастерья пытались устроиться в кузню, на каретном дворе, где содержался экипаж князя Милославского и куда тайком пронесли мешок с угловатым предметом. Что побывав на съёмной квартире переоблачились и под чужой личиной были на месте убийства князя, откуда весьма ловко сбежали. Я могу рассказать и более детально. Как и в случае с Ратниковым. Там с прямыми уликами и свидетелями чуть сложнее, но оснований для допроса с пристрастием вполне достаточно. Ну, как пример ваш четырёхкаратный бриллиант. Сомневаюсь, что вы сможете пояснить где и при каких обстоятельствах его приобрели.

— И отчего же тогда мы беседуем в вашем кабинете, а не в пыточной? — пожал я плечами, сохраняя хладнокровие.

Ну что сказать, моё высокое мнение о себе и пренебрежение к местным мастерам сыска, были ошибочными. Они не даром едят свой хлеб, а уж в умении следить, я им и в подмётки не гожусь. И ведь проверялся на этот случай, используя свою абсолютную память. Но в который раз должен отметить, что она не панацея.

Впрочем, об этом я подумал лишь мельком. Сам же ещё раз активировал «Поисковик» чтобы понять, не ожидает ли меня за дверью комитет по встрече. Но опять не обнаружил ни одного одарённого."

"— Беседую я с вами, Пётр Анисимович, чтобы вы понимали, что на всякого хитреца, найдётся другой хитрец, — слегка назидательным тоном, начал отвечать Шешковский. — Вы сейчас всего лишь в одном шаге от пропасти. Причём остановились не осознавая этого, а просто ещё не успели сделать следующий шаг, за которым последовало бы падение.

— И что же это за шаг?

— Дьяк князя Милославского, Вешняков. Только не говорите, что не собирались до него добраться.

— Не буду. Но вам-то он зачем? — откровенно поинтересовался я, так как в игре больше не видел смысла.

— Он знает все секреты покойного Дмитрия Григорьевича. Как полагаете, мне есть до него дело? Только вы, вызнав у него всё касаемо вас, ваших близких и Марии Ивановны, попросту кончили бы его, а у нас к нему куда больше вопросов.