На этом направлении нашими войсками занято более шестидесяти населённых пунктов, в том числе крупные населённые пункты Вяжи, Орловка, Казарь, Мелынь, Высокое, Победное, Сетуха, Березовец.

В ходе наступления наших войск разбиты немецкие 56, 262, 293 пехотные дивизии, 5 и 18 танковые дивизии. Нанесено сильное поражение немецким 112, 208 и 211 пехотным, 25 и 36 немецким мотодивизиям.

За три дня боёв взято в плен более 2000 солдат и офицеров.

За это же время, по неполным данным, нашими войсками взяты следующие трофеи: танков — 40, орудий разного калибра — 210, миномётов — 187, пулемётов — 99, складов разных — 26.

Уничтожено: танков — 109, самолётов — 294, орудий разного калибра — 47. За три дня боёв противник потерял только убитыми более 12 000 солдат и офицеров.

Наступление наших войск продолжается.

В течение 15 июля на Белгородском направлении наши войска отбивали атаки танков и пехоты противника.

На Орловско-Курском направлении наши войска вели атаки против перешедшего к обороне противника.

Я замерла около радио… Прорвали оборону противника, освобождено много крупных населённых пунктов, разбиты немецкие дивизии, тысячи фашистов уничтожены и взяты в плен… Каждое слово звучало в ушах как победный колокол. Я могла бы слушать эту сводку бесконечное количество раз!

Вот оно, наступление на Курской дуге, которого мы так ждали и которое окончательно переломит ход войны! Обязательно переломит, иначе и быть не может!

Забыв про ночную рубашку и босые ноги, я метнулась к двери. Никаких выходных! На завод! К станку! Сделать дополнительную норму заготовок! При наступлении армии нужно особенно много снарядов! Я кинулась к письменному столу написать Матвею, но опомнилась, что для письма нужно время, и стала лихорадочно одеваться.

Когда я выскочила на улицу, под репродуктором уже стояли соседи из близлежащих домов.

Мне вдруг вспомнилось, как Молотов объявлял начало войны и люди с замкнутыми лицами слушали и каменели от горя около этого же самого репродуктора. Я подбежала к толпе:

— Наступление, дождались!"

"Все обсуждали наступление. И вдруг одна девочка-подросток, что стояла рядом с двумя женщинами, протянула ко мне ладонь:

— Давайте возьмёмся за руки!

Я прикоснулась к её тонким пальцам и протянула руку незнакомой женщине. Она поняла меня без слов. Один за другим, по цепочке, мы вставали плечом к плечу, словно передавали патроны во время боя, и я почувствовала силу, исходящую от наших переплетённых рук.

— Только бы не сорвалось наступление! — напряжённо сказал сухонький старичок с бородкой клинышком.

— Помоги, Господи, — прошептала женщина в шляпке с сумкой через плечо.

— Я тоже на днях иду в армию. Вчера повестку получил. — Паренёк в кепке зажмурился и посмотрел на небо.