Своровал нагло — вот и бумаги! А они? — Я с горечью продолжил размышления. — Они же не знали, что я «враг»! Просто выполняли приказ, оформляли выдачу… Простота подставы ошеломляла. И осознание грозившей участи — неминуемой расправы без суда. Только этот жетон сегодня встал щитом. Мои «доброжелатели» такого хода явно не ожидали.

— Вы напрасно довели Велибина до белого каления, — предостерег Куликов. — Он злопамятен как никто. Сегодняшнего унижения не простит никогда. Документы по вашему «делу» уже летят в Петербург, в Главный военный суд. Вам придется явиться туда на разбирательство в высшей инстанции. Анукин и Кудасов будут стоять насмерть — признать, что документы поддельные, для них смерти подобно. А обер-интендант Смолин… — Куликов сделал многозначительную паузу, — он, разумеется, в стороне. Чист, как слеза младенца. Его причастность, — он горько усмехнулся, — еще нужно доказать. Приказ, Велибина, о вашем непременном прибытии в столицу ждите со дня на день.

— Ну это не срочно, — задумчиво потянул я.

— Как вы думаете, Жан Иванович, если я заставлю Кудасова дать признательные показания по поводу присвоения казённых средств, это даст возможность раскрутить всю схему?

Куликов задумался.

— Думаю эти признания послужат точкой опоры для начала следствия. Уверен можно будет придавить Анукина, а вот обер-интенданта Смолина наверное нет. Да именно так. — завершил Куликов.

— Ну, хоть что-то, это снимет с меня ложное обвинение в присвоении казённых средств. Лев Юрьевич, а почему вы не сказали, что у вас тоже имеется серебряный жетон.

— А что это так заметно? — усмехнулся он.

— А как бы вы вытащили меня из тюрьмы?

— Вы догадливы и умны, Пётр Алексеевич, всё так и было. Извольте, если вам интересно.

Лукьянов достал свой серебряный жетон и показал нам. Простой, без лишних украшений, но от этого не менее весомый аргумент.

Глава 5

Княгиня Оболенская в сопровождении князя Долгорукого прибыла на базу батальона. Всю дорогу она молчала переживая за брата. Князь случайно обронил, что он ранен. Видя реакцию княгини поспешил успокоить, ранение легкое и никакого заметного ущерба здоровью не нанесло. Тревога, которую он посеял в душе Констанции, не переставала мучить её. Наконец они добрались до базы. Семёновка, Романовка, Пластуновка и ещё какие-то селения промелькнули в дороге не оставив в её памяти ничего интересного. Они въехали во внутрь укрепления. Наличие вооружённой охраны, большого количества казаков внутри создавали впечатление надёжной защищённости. Князя встретил пожилой бородатый казак.

— Егор Лукич, размести княгиню в гостевом доме, где жил командир.

— Как так, а командир где проживать будет? — удивился он.

— Командир в Тифлисе, прибудет не ранее чем через две недели. Остальное потом.