С неприязнью оглядев подруг (Кира едва успела спрятать за спину ключи), он рявкнул на них:

– Вам чего тут надо?

– Э-э-э… Мы к Клавдии Сергеевне, – ляпнула Кира первое пришедшее ей на ум имя. – Из собеса мы!

– Не туда попали! Нету тут таких!"

"И с этими словами парень шагнул через порог. И, явно сочтя разговор оконченным, повернулся к подругам спиной и закрыл дверь. Очень неосторожно с его стороны, так как подруги запомнили, какой ключ от какой замочной скважины. Затем парень вызвал лифт и, по-прежнему неприязненно косясь на подруг, угрюмо шагнул в него.

Чтобы усыпить подозрения этого тощего типа, подруги спустились с ним до самого низа.

И вместе вышли из дома. Но затем, едва парень завернул за угол, прошмыгнули назад. На этот раз девушки не совершили ошибки. И прежде чем начать ковыряться в замках, позвонили в дверь. Им никто не ответил. И Кира принялась колдовать над замками. Леся вертелась рядом. И изнывала от беспокойства. Чтобы хоть как-то отвлечься, она начала задавать разные глупые вопросы.

– Как думаешь, кто это был?

– Парень, которого мы встретили?

– Да.

– Тут и думать нечего, сынок это дяди Колин.

– Фу! Противный!

– Тебе же за него не замуж выходить.

– Но кому-то придется. Бедняжка.

– Себя пожалей, – вырвалось у Киры. – Дурочка!

И с этими словами Кира повернула в замке последний ключ и вошла в квартиру.

– У-у-у! – недовольно протянула Леся, шагнувшая следом за подругой. – Какой бедлам!

В квартире и в самом деле было крайне неопрятно. Да попросту грязно. Запахи витали самые разные, но не сказать, чтобы особенно приятные.

– Воняет, как в свинарнике, где кроме того еще хранится годовой запас грязных шерстяных мужских носков.

Вывод, который сделала Леся, лишь в очень слабой мере характеризовал амбре, висевшее в квартире. Особенно сильный дух исходил из кухни, где стояло помойное ведро. Смрад от него был до того ядовитый, что глаза слезились.

– Смотри, тараканы и те не выдержали.

Кира подняла глаза и с удивлением поняла, что огромное пятно на потолке в противоположном от помойного ведра углу кухни – это вовсе не след протечки, а колония насекомых. То-то ей показалось, что пятно шевелится и все время изменяет свою форму.

– Бедненькие, как им тошно, – посочувствовала Леся таракашкам.

Те и в самом деле выглядели какими-то растерянными. И попыток наведаться к мусорному ведру не делали. Видимо, единодушно решив, что голодная смерть все же предпочтительней, чем смерть от невыносимой вони. Или они просто обсуждали вопрос своей миграции в соседние квартиры.

– Пошли отсюда, – простонала Леся. – У меня глаза слезятся. Еще немного, и я умру!

Подруги отступили. Если на кухне и был след, который мог привести их к Борису и спасти его, то последнему оставалось глубоко посочувствовать.