— А земли… Полагаю, основные военные действия будут вокруг Пат Турина. Как ты знаешь, земля вокруг него мёртвая — и это, скорее всего, последствия прошлых сражений с Безымянным ужасом и демонами, так что земли рядом с Пат Туринской степью я бы брать не стал — есть вероятность их омерщвления. И вообще сейчас магия из мира уходит, все оросительные системы срочно переделывают на механику, а это требует дополнительных затрат и работает не так хорошо. Думаю, именно там будет самое сильное падение цен на землю. В процентном соотношении, конечно.

Обсудили мы и финансовые перспективы покупок в центре развлечений империи — Старой столице возле цитадели Фламиров, но пришли к заключению, что мне там ничего не продадут, а если продадут, потом весь мозг съедят попытками повлиять на Элора.

Разговор затянулся до глубокой ночи, и хотя, в общем-то, все мои денежные дела не имели особого значения для Элора, он беспокоился всё больше. Но не из-за моих планов — просто приближался штурм Пат Турина, который определит целостность межмировой печати, защищающей нас от пожирающего магию чудовища.

Это мы здесь и сейчас ели, пили, болтали о деньгах, перспективах, а в сухой жаре пат туринской степи армия готовилась к прорыву щита и сражению с боевыми големами, заражёнными вестниками Бездны…

— Это ведь может оказаться историческим моментом, — вдруг сказал Элор и покачал вино в кубке.

— Да, — согласилась я.

— Хочу свой первый поцелуй, — он улыбнулся и протянул мне руку через стол.

Пришлось вложить пальцы в его ладонь. Элор поднялся и потянул меня к дивану.

— О горизонтальной плоскости мы не договаривались, — напомнила я.

— Я просто хочу рядом полежать остаток ночи.

— Элор…

Он накрыл пальцем мои губы, и я невольно втянула воздух: сквозь вино и специи отчётливо пахло корицей. Чувственно и нежно. Свободной рукой Элор обхватил меня за плечи и усадил на диван рядом с собой.

— Поцелуй, — напомнил томным шёпотом.

Элор пристально следил за мной из-под полуопущенных ресниц, когда я наклонялась вперёд, тянулась к его губам. Они были сладкими от вина, с острыми нотами перца. Горячие ладони скользнули по моей спине, придавливая к Элору, а я поняла, что глупо было обещать ему поцелуи. Не стоило — его прикосновения, дыхание, дрожь возбуждения напоминали о смерти.

Лежать с ним рядом остаток ночи я не согласилась.

* * *Я знаю, что меня ждёт. Ступая по залитому кровью полу, поднимаясь по окровавленным ступеням, я знаю, что ждёт меня в той комнате. Чувствую — всей душой, разрываемой сейчас надвое, всем своим существом.

Халэнн смотрит, как я приближаюсь, Элор смотрит, как я приближаюсь. Они лежат в одинаковых позах, в одном месте, сменяя друг друга.

Я опускаюсь на колени перед головой Халэнна, но на колени себе укладываю рыжую голову Элора.