Инхорр пятился от меня, и я чувствовала его невыносимо отвратительный звук, я видела в его памяти, я чувствовала его наслаждение видом струящейся по ногам Энтарии крови и её криками, видела его похотливые мечты поступить с ней так же, и страх, не позволивший это сделать, страх передо мной, лихорадочные попытки обмануть, оправдаться, потому что у меня очень страшный, убийственный взгляд, от которого дрожат поджилки и останавливается сердце, потому что рядом со мной чувство, будто я запускаю руку в память и ворошу там всё, вытаскивая то, что знать совсем не должна.

Я слышала его звук: злость, трусость, зависть, извращённые желания… страх, панический страх, потому что он начинал понимать:

– Ты… ты… всё видел, ты мента…

– Умри, – я вывернула его звук, возвращая ему, превращая слово в смерть.

Его взгляд застыл.

Меня сковало холодом, выветрило ярость, мысли, всё, я вмиг опустела.

Инхорр сломанной куклой рухнул на паркет.

Глава 14

Не было желаний, не было чувств. Я стояла в просторной столовой, глядя на лежащее на полу тело. Мне не было его жалко. Не было удовлетворения. Ничего. Само время остановилось.

Я почти не ощущала тела, словно сама стала деревянной марионеткой, куклой. Была мысль, что надо возвращаться в ИСБ, потому что там меня ждут, что надо проверить Сирин Ларн, убедиться, что с Энтарией Ларн всё в порядке. Я знала, что это всё надо делать, но не видела причин сдвигаться с места. Это было так странно. Зачем я вообще что-то делала, если можно было просто стоять вот так? Почему я поступала так или иначе? Это же бессмысленно, любое движение бессмысленно…

«Это откат от использования истинного дара Сиринов. Наверное, это временное явление.

Или его можно как-то избежать, или исправить», – мысли были правильными, но я не могла заставить себя что-то делать, просто сдвинуться с места, потому что это… не имело никакого смысла. Мне незачем было искать способ справиться с этим состоянием или ждать, когда оно пройдёт само.

Оттаивать я начала далеко не сразу. Забрезжили какие-то чувства. Появилась потребность… доставить Сирин Ларн сюда к сестре, пусть утешит её. И позаботиться о том, чтобы Тейраны не стали проблемой, тоже надо.

Когда запястье прижгло вызовом Элоранарра, я смогла поднять руку и посмотреть на выглядывающий из-под рукава краешек золотой метки.

Я вспомнила, как он поставил её в день начала службы, чтобы иметь возможность призывать к себе, если вдруг потребуюсь.

Эмоции стали нарастать, обрушились на меня лавиной, оживляя. Но с ними пришла и ужасная, недраконья усталость, словно на меня упала целая гора, размазала по земле.

Метка зудела и зудела. Всё настойчивее Элоранарр тянул меня к себе, требуя немедленно телепортироваться, по метке ориентируясь на него.