Намного больше, чем мне. Одна оказалась черной ведьмой, о чем я даже не догадывался, а вторая… – он печально вздохнул, но спустя секунду снова просиял. – Когда я смогу увидеть мою любимую дочурку? Она наверняка соскучилась по дому, не так ли? Ах, знаете, какой она была забавной малышкой в детстве. Всегда называла меня папочкой и буквально каталась на моих руках. Я практически не выпускал ее из рук. Однажды она разбила любимую вазу Марель, и жена вознамерилась наказать Алэйну. Уже тогда мне стоило догадаться о недобром нраве жены, разве кто-то способен причинить вред такому чуду за подобную мелочь? Если вы спросите меня, то я вам скажу, что нет! Конечно, я отказал в наказании!

– Я писал о старшей дочери, – прервал поток лживых слов Терион.

Жедом запнулся. Опустив поднесенный ко рту кубок, он непонимающе моргнул.

– Да, конечно, вы писали о Каталине, но разве сейчас это имеет какое-то значение?

– Вы ослушались приказа короля, – холодно добавил Терион.

– Но разве… – Жедом выглядел растерянным. Он явно ожидал, что к нему пришли, чтобы осыпать милостями. – Она законная дочь! – попытался вывернуться Жедом. – Каталина – бастард. Узаконенная позднее, но все равно… Разве я мог отослать вам, ваше величество, кого-то столь… недостойного?

Терион хмыкнул. Надо признать, Жедом мог изворачиваться, когда это было ему выгодно.

– Я знаю правду, – зловеще выдал Терион. Тьма, повинуясь его приказу, вздыбилась. Свечи под ее напором затрепетали. Жутковатые тени заплясали по стенам и потолку.

Жедом огляделся по сторонам и тревожно сглотнул. Его расслабленная поза быстро сменилась. Он вжался в угол дивана, глядя на короля с вернувшимся страхом.

Поднявшиеся из теней дымчатые ленты окутали короля, почти скрывая фигуру человека. Черные глаза мерцали пугающим блеском.

Король улыбнулся, и Жедом икнул, когда увидел этот зловещий оскал. Кубок с вином выпал из его рук на пол, пачкая алым цветом пушистую шкуру.

– Вы избавились от нее. Думали, что проклятие унесет ее жизнь вместе с секретами вашей семьи.

Слова буквально ввинчивались в уши Жедома. Его сердце испуганно колотилось. Он замотал головой, отрицая.

– Нет, нет, – забормотал он. – Я ничего такого…

– Её силы иссякали, но ты даже не подумал вызвать целителя. Лучше бы она умерла. Это были твои мысли, не так ли?

– Нет! – вскрикнул Жедом, не желая признаваться даже самому себе, что подобные мысли много раз мелькали в его голове, когда Алэйна болела и с каждым днем становилась все слабее. – Я не хотел… не хотел…

– И сейчас ты смеешь надеяться что-то получить за то, что проклятие снято с ее помощью? Ты смеешь?

Жедому казалось, что мрак навис над ним, отчего он начал задыхаться. Схватившись за горло, Жедом зажмурился и замотал головой.