Срываюсь, дёргаю тонкие трусики, разрывая их к чёртовой матери, обхватываю ее скулы, просовываю в сладкий ротик пальцы, которые Яна тут же всасывает, и резко вхожу на всю длину, задыхаясь от вспышки удовольствия…

— Теперь дыши мной! — хриплю ей на ухо, начиная безжалостно вколачиваться, отправляя нас в наш персональный рай.

***

Просыпаюсь, открываю глаза. Яна рядом, спит ко мне спиной. Это я так приучил, мне нравится сгребать ее в охапку и обнимать сзади, тяну ее к себе ближе, вожу носом по шее, целую за ухом, поглаживаю бедра. Снова одетая в шортики для сна, маечка. У нас дети, которые очень любят врываться в нашу спальню и залезать к нам в кровать. А так хочется сейчас разорвать эти тряпки и снова ее взять. Понимаю, что вымотал Яну этой ночью. Но мне мало.

— Доброе утро, — произносит Яна и разворачивается ко мне лицом. — Дай хоть рассмотрю тебя, — обрисовывает пальцами мои скулы, губы, рассматривает меня, а я ее. Такая тёплая, нежная, еще сонная, мягкая, моя.

Ловлю губами ее пальчики, целую.

— Иди сюда, — сажаю ее на себя, заставляя оседлать."

"Яна смеется, специально потираясь о мой утренний стояк.

— Допрыгаешься, — шлепаю ее по попе.

— Да, еще, — прогибается, усмехаясь, и получает еще по своей прелестной заднице. — Ооо, — вдруг резко соскакивает и накрывает меня одеялом до пояса. Пока я соображаю, к нам в комнату врывается Давид.

— Папа! — несется он к кровати. Яна подхватывает его на руки и сажает, между нами. — Папа, — обнимает меня сын, опускает голову мне на плечо. Прижимаю его к себе, поглаживая по спине. Мой мальчик, мой сын, моя гордость.

— Ой все, папин сын, — усмехается Яна.

Да, это мой сын. Когда я дома, он всегда со мной.

— Мам, а Давид… — в комнату вбегает Маша в пижаме. Видит меня и замолкает.

— Что Давид? — спрашивает у нее Яна.

— Он нарисовал в моем блокноте, — обиженно надувает губы.

— Хулиган, — констатирую я. — Иди сюда, — зову к себе девочку. Маша тоже залезает на кровать с другой стороны, прижимаю ее к себе, целуя в нос. Это не моя дочь, но я давно воспринимаю ее как родную.

— Ты больше не уедешь? — грустно спрашивает у меня Маша.

— Нет, не уеду, — взлохмачиваю ей волосы. — Вот там два пакета, — указываю детям в кресло. — Красный – твой, белый – Давида. Это вам подарки.

— Да?! — хлопает в ладоши Маша.

— Да. Бегите.

Машка несется к пакетам, заглядывает в свой и в пакет брата. Помогаю сыну слезть с кровати. Дети располагаются на ковре, рассматривая подарки.

— Пойдём, я тебе в ванной кое-что покажу, — подмигиваю Яне, хватаю ее за руку, утаскивая за собой. — Мы тут кое-что не закончили.

— Леван. Дети.

Закрываю двери, прижимая ее к стене.

— Мы тихонечко.

— Я не могу тихонечко, ты же знаешь.

О да, я знаю, и мне это нравится.

— А я закрою тебе ротик, — впиваюсь в желанные губы.