Мне тоже было предложено угощение – вино, если это, конечно, вино, а не какое-то зелье, и почему-то яблоки – тоже зеленые и на вид твёрдые как камни. Но я отказался и от того, и от другого. Моя жена строго-настрого запретила хоть что-то вкушать в гостях у этого хозяина.

Где-то далеко-далеко стучал шаманский бубен. Там, где сейчас спал я. Вернее – мое тело. Хотя здесь я тоже ощущал себя полностью живым и бодрым. Как это все возможно, я решил не задумываться.

– И что же? – поторопил меня Полоз.

Змей восседал на каменном троне. Длинную белую косу на его плече обвивали золотые нити. Глаза блестели как два самоцвета, тонкие пальцы сжимали ножку кубка."

"– Елизавета Андреевна, конечно, справилась. Хотя и уверяет, что эта свадьба отняла десяток лет ее жизни. Но на самом деле она выглядит помолодевшей. Она даже улыбается! Так часто, что я начал переживать. Ядвига Карловна тоже выглядит столь веселой, что внушает мне опасения. Впрочем, я понимаю, – улыбнулся я. – Древний договор был для обеих тяжелой ношей. Ведь женщины по-настоящему привязались к Кате. Полюбили ее. А может, и тех, кто был до нее… я так и не выяснил, сколько этим хранительницам лет. Печорскую годами мучало чувство вины за то, что она вынуждена делать. Думаю, это изрядно портило ее характер. Катю она любит как свою дочь, но боялась становиться ближе, чтобы не причинить девушке новую боль.

Я молчал, снова вслушиваясь в едва уловимый стук бубна.

– Но свадьба получилась роскошной. Невероятной! У Кати было прекрасное платье, белое такое… И очень длинная фата! Мы пригласили почти всю петербургскую знать. Даже Туровых.

– Они не пришшшшли?

– Отчего же, – хмыкнул я. – Пришли. Явились, вели себя как послушные ученики церковной школы – смиренно и скромно. Подарили дорогие подарки. Не помню, куда я их дел… Кажется, отдал сестрам милосердия. В общем, свадьба получилась прекрасной. О ней говорил весь свет. Кто-то даже утверждает, что торжество графа Волковского превзошло венчание самого цесаревича. Да, Михаил наконец-то женился. Но этот праздник мы с Катей уже не увидели. Спустя месяц после бракосочетания мы отбыли в мое родовое поместье. Оно все еще достраивается, и пока мы живем во флигеле, там всего две комнаты… Но мы по-настоящему счастливы. Самое главное -Кате понравились леса и горы вокруг нашего нового дома. Там она снова ощущает себя… крылатой. Петербург не для нас, хотя мы и будем его навещать. Иногда. Люшке пришлось выдержать еще одну дальнюю поездку, хотя в этот раз куда более комфортную: для дороги мы арендовали весь поезд. Кот все еще иногда шипит на Катерину, а она шипит в ответ, но уже как-то… иначе. Без негодования, что ли. Думаю, они подружатся. Однажды.

Я улыбнулся, не в силах удержать рвущуюся изнутри нежность.