Попросил его для полной ясности в этом деле провести независимую оценку отобранных у нас помещений и сделать соответствующие выводы.

Граф после того, как его люди закончили с допросами всех и каждого, хотел было возвращаться в город, чтобы там продолжить расследование и допросить всех участвующих в судебном процессе, но передумал. Он случайно увидел мои рисунки револьвера, берданки и паровоза и заинтересовался, причём в первую очередь нарисованным оружием. Когда он узнал, что все это придумал я, у нас завязался разговор на эту тему, из-за которого он резко передумал уезжать и вместо этого отправил в город двух своих людей в сопровождении пяти кирасиров с приказом везти всех недостающих участников этого безобразия в поместье. «Безобразие» — это дословно.

Надо сказать, что я время от времени, особенно когда надо было подумать, рисовал все, что придёт в голову. Не так часто, как хотелось бы, но десятка полтора рисунков скопилось. Очень уж успокаивало меня это занятие, вот я и развлекался, жаль только, что времени на рисование и воспоминания у меня было в обрез.

Опять же, заинтересовался граф только оружием, ну и на паровоз обратил внимание, а так-то там много всего разного есть, что можно было бы изготовить в этом времени. Кстати сказать, заинтересовался он ещё и потому, что револьвер с винтовкой были нарисованы ещё и подетально, это его подкупило.

Да, я собирался со временем, когда кузнец маленько освободится, попробовать изготовить это оружие, используя наши дульнозарядные стволы. Собственно, это вполне реально даже при скудной оснастке кузницы. Я просто ещё не успел взяться за эту затею."

"Граф довольно подробно расспросил о всех нюансах нарисованных образцов, демонстрируя при этом неслабое понимание в этом деле, немного даже попытался поспорить на тему конструктивных особенностей, но обломался. Нарисованные образцы проверены временем, поэтому менять там что-то — это только портить. На все его придирки я с лёгкостью отвечал объяснениями, почему надо делать именно так, а не иначе.

Во время нашей беседы мои люди, уже привыкшие решать все вопросы со мной, как только они возникают, несколько раз пытались попасть в кабинет, и хотя возле двери стоял кирасир и никого не пускал, слышал я это прекрасно, собственно, как и граф. Поэтому ничего удивительно, что он заинтересовался, зачем я кому-то нужен в такой момент. Нет, люди, конечно, понимали, что приехал важный человек и что лучше бы нам с ним не мешать, но ещё они помнили, что я нервничаю и ругаюсь, если что-то важное мне докладывают с задержкой. Вот и получилось, что они, не зная, как поступить в этом конкретном случае, решили перепалкой с кирасиром дать мне знать, что я им нужен.

Вполне рабочий оказался метод.