Белка же пылала каким-то по особенному счастливым огнем.

Как мало нужно для радости.

— Без пятнадцати десять встретимся на автобусной остановке, идет? — тут же подмигнула она.

Я согласился. На миг она вдруг рухнула в мои объятия, заставила себя обнять. Будто хотела быть бесконечно маленькой и хрупкой в моих руках. В таком состоянии я не посмел у нее спросить, где Влада, но Белка будто читала мысли.

— Я видела ее на кладбище. Это прямо за стрельбищем, из моего окна видно.

— На кладбище?

— Ну да, — помрачнев, отозвалась девушка, обняв саму себя за плечи.

 — Не у каждой из нас есть родственники, к которым можно вернуться. А потому… вот здесь. Разве ты не знал?

Я не ответил.

Ириска уже прокладывала туда маршрут.

Глава 9

На кладбище, как всегда, было тихо, мирно и сыро. Даже на произвольном, из крестов и могильных досок.

Сколько идет война? Я не знал. Но если чудища, вроде «Дракона» заглядывали сюда хоть раз в неделю, то через год оно должно было превратиться как минимум в футбольное поле.

Здесь же было с полтора десятка могилок.

Цветы, плетенные вручную венки, никаких оград.

Последнее пристанище тех, кто стоял на страже мирной жизни до последнего.

Влада в самом деле была здесь. Ей не было дела до подъема: свой распорядок, свои занятия. Судя по всему, до здорового сна ей тоже дела не было, а жаль. Меньше всего мне хотелось оказаться на операции у зевающего хирурга.

Голову покрывал желтый, с деревенскими узорами платок. Измазанные в грязи перчатки, зеленый холщовый фартук. Сейчас Влада меньше всего походила на врача.

— Рядовой ружемант! — Кажется, она удивилась моему визиту. Выдохнула, встала, отряхивая колени.

— Вижу, вы чтите не только покой больных, но и храните его для мертвых, товарищ врач.

— Мертвые, живые… Все они попадают ко мне. И в первый, и в последний раз.

Я посмотрел ей в глаза. Очи врачихи сверкнули неестественной, синеватой дымкой.

А она умеет нагнать жути.

— Уже успел перенести вещи в мои апартаменты? Не стесняйся, располагайся как будет удобно, я редко там появляюсь. Отсюда спешу в кабинет, там же иногда и сплю. Сюда прихожу… встретить утро и отдохнуть.

Никогда не считал уборку могил важнее утреннего сна, но спорить не стал.

Да и я здесь за другим.

— Ты что-то хотел, сероглазый?

Ее бархатный голос сводил с ума. Томный, глубокий, женственный. В отличие от остальных девчонок, у Влады был опыт общения с мужчинами. И наверняка еще какой…

Я опустился на лавочку, предложил сесть и ей: в ногах правды нет.

— Почему Бейке так… важно, что я ружемант?

— О, я ждала, что ты об этом спросишь. Рано или поздно должен был. Ты последний, сероглазый. Уникальный экземпляр, легендарная редкость.