– Все продумано. Во-первых, на нашей стороне эффект неожиданности, а во‑вторых, есть и еще кое-какие сюрпризы. Ты захватил то, что я просил, Макарыч?

– Само собой, – самодовольно осклабился тот. – «Мушка» ждет в багажнике «бэхи» своего звездного часа. Устроим черномазым торговцам дури фейерверк не хуже, чем в Америке на День независимости. У нас, правда, всего два заряда, но это более чем нормально. Бах, бах! – и минус восемь человек в неприятельском стане. За качество исполнения отвечаю. У меня есть в бригаде надежный человечек… Специалист по таким пиротехническим фокусам!

– Слыхал, Хаммер? – Шершень продемонстрировал широкую лучезарную улыбку в зеркале заднего вида.

 – Бах, бах! – восемь человек минус, и шансы уравниваются.

Он достал из-за пояса «глок», передумал, сунул в бардачок, а вместо него извлек автоматический «стечкин». Взвесил оружие на ладони, словно проверяя, насколько удобно с ним будет идти в атаку, и остался доволен.

– Ладно. Хорош лясы точить, братва! – В голосе его появились начальственные нотки. – Базарами мы дела не сделаем. Погнали на исходные позиции. Макарыч! «Муху» запускать только по моему сигналу.

Первые «маслины» за нами. Потом вы. Но резко.

– Понял.

Подхватив с сиденья «узи», Макарыч выбрался из салона и вернулся к «БМВ». Занял переднее пассажирское место. Кол тоже выдернул из-под сиденья «стечкин» и обменялся взглядами с Шершнем. Тот ободряюще кивнул. В надежности старого проверенного подельника он не сомневался. В отличие от новичка Хаммера…

Тяжелый шнурованный ботинок «бригадира» первым ступил на асфальт. Лязгнул затвор автоматического пистолета. За спиной Шершня мягко хлопнули две дверцы «Шкоды».

Не оглядываясь, он двинулся в сторону «Альмарани». Быстро взмахнул рукой и краем глаза заметил, как «БМВ» плавно тронулся с места. Обгонять первую группу они не собирались, действовали, согласно заранее разработанному плану."

"В полной темноте бандиты прошли под грохочущим мостом и вышли на противоположную сторону трассы. Кафе «Альмарани» лежало как на ладони. Шершень заметил очертания двух автомобилей у обочины, о которых говорил Кол, – внедорожник и спортивного типа «легковушка». Ни в той, ни в другой машине света в салоне не было.

«БМВ» позади Шершня резко ускорился. Заложив лихой вираж, иномарка вписалась в поворот, развернулась на сто восемьдесят градусов и ударила по тормозам. Вспыхнули фары. Два острых, как бритва, конусообразных луча взрезали темноту.

Человек, сидящий за рулем спортивного авто, дернулся от неожиданности и инстинктивно заслонил ладонью лицо. Шершень вскинул «стечкин», и автоматический пистолет изрыгнул короткую прицельную очередь. Со звоном разлетелось стекло, и человек с простреленной головой завалился набок.