Для нее слишком сложно было наступить себе на горло и просто попросить.

Илья чувствовал на себе ее голодный взгляд и не мог протолкнуть в рот ни куска. Сама не ест и ему аппетит портит. Эта женщина неисправима и упряма, как ослица, как только мужики ее терпят, непонятно. Была бы его, давно бы уже научил уму-разуму. Шумно выдохнув, он решил-таки сжалиться и, отложив пиццу в сторону, поднялся.

Симона метнула в него предупреждающий взгляд, но Илья лишь улыбнулся в ответ и приблизился. Даже не думал, что их противостояние когда-нибудь выльется в такой треш. Просто психанул на идиотскую выходку, а теперь почему-то стало ее жалко. Такой она казалась беззащитной и несчастной. Взяв ее за плечи, помог сесть поудобнее, так, чтобы руки были в более комфортном положении.

— Рот отклею, орать не будешь? — тихо спросил он и убрал непослушные прядки с ее лица.

Симона отрицательно покачала головой. Илья осторожно взял за кончик клейкой ленты и резко рванул в сторону. Симона неприятно поморщилась, но не произнесла ни звука.

— Попробуешь? — Взяв самый, по его мнению, вкусный кусок приблизил к ее губам.

— Это вредно. — Она попыталась увернуться, но теплая пицца все же скользнула по ее губам, искушая попробовать.

— Зато вкусно. Давай, Снежка, нельзя всегда быть такой правильной, — настаивал Илья, удерживая кусок на уровне ее губ. Симона чуть приоткрыла рот и аккуратно откусила самый кончик. Илья завороженно наблюдал за тем, как ее губы коснулись теста, а потом язык облизал их. От этого обычного, но такого эротичного действия внезапно перехватило дыхание. Он нервно сглотнул и отвел глаза в сторону. Затем кое-как пристроил кусок Симоне в руки и поднялся."

"— Спасибо, — довольно ответила она, с удовольствием поглощая пиццу. Давно не ела фаст-фуд и уже забыла, насколько он прекрасен.

— Пиво будешь? — Илья сделал несколько жадных глотков и повернулся к ней.

— Нет.

— Нулевка, — открыл банку и протянул ей. — С пивом и пицца вкуснее.

— Расстегни меня, — попросила Симона и жалобно посмотрела на него. — Руки очень болят.

Илья осмотрел запястья и нахмурился — туго не затягивал, как она умудрилась повредить их? Осторожно погладил подушечкой большого пальца красные следы и ощутил очень нежную, почти прозрачную кожу. Да уж, барышня и правда была хрустальной, такие игры ей не подходят.

— Буянить не будешь? — уточнил он на всякий случай и достал ключ.

— Не буду.

— Обещаешь?

— Обещаю.

— Ну смотри, точно выпорю, — предупредил Илья и снял металлические оковы. Симона сразу же потерла затекшие запястья и только потом осторожно взяла предложенную банку пива.

— И как я с такой красотой на работу завтра пойду? Что люди-то подумают? — Она сокрушенно покачала головой, рассматривая однозначные следы на коже.