Симона инстинктивно покосилась на подушку рядом, та была смята так, как будто на ней кто-то спал. «Неужели это был не сон?» — пронеслось в ее сознании, и хриплый стон помимо воли вырвался из горла. Воспоминания, словно маленькие шарики ртути, стремительно скатывались в одно место в сознании, образуя целостную картину.

Симона до боли закусила губу, без сил рухнула обратно на подушку и в отчаянии закрыла лицо ладонями. Щеки запылали от смущения и ужаса. Неужели она действительно позволила Илье все это? Как такое возможно? Что же теперь будет? А главное, как смотреть ему в глаза после всего, что между ними было?

Мучительный стыд захватил ее в свои жгучие тиски, заставляя гореть в аду упаднических мыслей и лихорадочно искать решение проблемы.

Спрятаться от Ильи не получится, а значит, нужно опередить его и первой завести непростой разговор. Расставить необходимые границы в общении, чтобы минутная слабость никоим образом не повлияла на дальнейшую работу. В конце концов, ничего не случилось. Это просто секс. Всего лишь секс.

Откинув одеяло, Симона решительно встала с постели и направилась в ванную. Прохладный бодрящий душ — это именно то, что ей сейчас было нужно больше всего, чтобы привести в порядок тело и мысли.

Упругие струи беспорядочно хлестали по коже, задевая чувствительные участки тела, где вчера касались губы Ильи. Воспоминания о его ласках были такими яркими и пронзительными, что перехватило дыхание. Мучительное возбуждение неожиданно хлынуло по телу жаркой волной и сосредоточилось внизу живота, вызывая пульсацию между ног. Симона прерывисто застонала и закусила губу от досады. Собственная реакция ей не нравилась совершенно, но как с ней справиться, она пока не знала. Такого позора с ней раньше не случалось, интересно, как скоро пройдет это наваждение?

Решив чуть позже позвонить Наталье и все выяснить, Симона закрыла воду и, замотавшись в полотенце, выбралась из душевой кабины. Чтобы не откладывать дело в долгий ящик, наспех надела белье и махровый халат и отправилась на поиск Ильи.

На кухне, к большому сожалению, его не оказалось, пришлось идти к нему в комнату. Симона громко постучала, но ответа не получила и остановилась в нерешительности, нервно кусая губы. С одной стороны, входить без спроса в чужую комнату невежливо, а с другой — это вообще-то ее квартира.

Сомневалась она недолго. Решив, что после всего, что было ночью, имеет полное право, Симона толкнула дверь и неслышно прошла внутрь. В помещении никого не оказалось, лишь голос Ильи был отчетливо слышен, но звучал отдаленно. Симона пошла на звук и, остановившись около ванной, прислушалась.

— Сегодня? Нет, это невозможно. Еще есть время… — Она пыталась вникнуть в его разговор, но не понимала ровным счетом ничего.