В кабинет тут же заскочила старшая акушерка и цапнула со стола визитку:

— Иван Спиридонович Волков, генеральный директор ООО «Мандала».

— ООО… чего?! — прыснула Татьяна Георгиевна.

— Манда, блин, ла! Манда-ла-ла-ла! — подхватила Маргарита Андреевна.

— Господи, даже страшно предположить, за что его общество ограниченно отвечает! — утирала выступившие от хохота слёзы заведующая обсервацией. — За чистые земли будд? За шерстяные ниточки для детского творчества, коим нынче увлекается иное бабьё? Это может быть что угодно! Алмазные диски для болгарок, например.

— А может, он торгует этими самыми… — зловеще начала старшая акушерка.

— Марго!

— Ла-ла-ла-ми торгует! В любом случае дядя видный. И машина у него — блеск! Какого ты отказалась?!

— Маргарита Андреевна, я не хочу иметь ничего общего с человеком, не понимающим собственного ребёнка. И вообще, чего ты лезешь в мою личную жизнь?

— Никуда я не лезу! У тебя личной жизни нет, так что лезть особенно некуда. Я бы этому гадёнышу, сынку его, ещё бы и по жопе выписала. Забыла, как он тут нам целый час лекцию слёзную читал? Убийцами называл, а?!

— Тут он прав. Поздний аборт — убийство.

— Ты что, даже на него не рассердилась?

— За что на него сердиться? Доктор на больных не обижается, — Татьяна Георгиевна улыбнулась.

— Ну, ты вообще… Чистый Будда.

— Ага. Сейчас, мандалу в душ свожу — и светиться начну.

— Ладно, я пошла. В хате жрать нечего, псина не выгуляна, Светка неизвестно где шляется. Ты домой?

— Что мне дома делать? Поздно уже. Тут останусь.

— Зря ты всё-таки отшила этого Ивана Спиридоновича. Можно подумать, они за тобой стадами ходят. Нет, ну, может, и ходят… На дежурный перепихон без отягчающих последствий!

— Маргарита Андреевна!"

"— Что Маргарита Андреевна?! Я сто лет уже Маргарита Андреевна! Где ты сейчас приличного мужика найдёшь? Ты же нигде и не бываешь толком.

— Марго, иди уже бога ради! Псину выгуливай, Светку ищи и жрать готовь. Я их вообще не понимаю, этих приличных мужиков. У меня же на лбу написано: «Не дам приличному мужику!»

— Ага. А снизу мелко и неразборчиво: «Но очень хочется…»

— А я-то, дура, думала, чего мне не хватает — только персональной сводницы!

— Что ты крысишься, а? Я ж любя.

— Знаю.

— Ладно. Друзья на мандалу не обижаются. И всё-таки зря!

— Маргоша, у меня климакс на носу, а ты мне о мужиках…

— Кстати, о климаксе! Я тут с этим… бледным нянем… чуть не забыла. Профессорша звонила, требовала, чтобы ты завтра на кафедральное явилась.

— Вот её мне только не хватало! Спасибо, Маргарита Андреевна.