На первой странице была написана сумма, лежащая на моём счету.

- Три серебряных? – оторопев, я подняла глаза на сидящего напротив служащего.

- Да, всё верно, на вашем счету три серебряных. Пополнить счёт можно в общем зале. Всего хорошего, госпожа Сент-Торелли.

Мне явно намекали, что пора и честь знать. Подхватив узел и позвав за собой Мейджика, вышла в коридор.

- Три серебряных, всего три серебряных, - растерянно повторяла я.

Это много или мало? Скорее всего – мало…

В любом случае, выбора у меня нет, вернувшись в общий зал, я нашла окошко выдачи наличных и встала в очередь. Получив три серебристых монетки, спрятала их в кошель и вышла из банка.

Так одна из моих надежд, лопнула, словно мыльный пузырь.

Глава 8Приуныв, я побрела назад, в сторону вокзала. Или правильнее называть его почтовой станцией? Надеюсь, этих монет хватит, чтобы добраться до моей усадьбы. А уж там я соображу, как раздобыть деньжат.

Богатые кварталы остались позади, давно наступило обеденное время и на улицах появились лоточники с пирожками и баранками. Они громко расхваливали свой товар, зазывая покупателей, торговля велась весьма бойко.

Проходя мимо одного из лотков, я заметила, как Мейджкик сглотнул и отвернулся. Кот явно проголодался, да я и сама бы не отказалась перекусить, силы мне ещё понадобятся.

Достав из кошелька серебряную монету, я протянула его смешливой веснушчатой девице.

- Да у меня, барышня, и сдачи-то с вашей деньги не будет, столько я и за день не наторгую, - вздохнула девица. – Да вы в магазинчике вон разменяйте, - она кивнула на лавку скобяных изделий.

- Спасибо! – поблагодарила я её за подсказку, а настроение резко скакнуло вверх.

Может, три серебряные монеты, это не так уж и мало?

В скобяной лавке было прохладно, пахло выделанной кожей и железом. Выслушав меня, лавочник заявил, что он не оказывает услуги по размену денег, вот если бы я у него что-нибудь купила…"

"В лавке продавались как новые вещи, так и давно пользованные. Сначала я хотела выбрать какую-нибудь мелочь, но взгляд зацепился за сваленные в кучу саквояжи всех мастей. Подойдя ближе, поняла, что большая часть из них очень старые, некоторые были даже без ручек или с большой прорехой на боку. Скорее всего, их чинили и вновь пускали в продажу.

Покопавшись, нашла довольно крепкий баул, подёргала ручки, убедившись, что они не оторвутся.

- Сколько вы за него хотите? - спросила я лавочника.

Он оценивающе глянул на моё старое платье, лежащий у ног узел и назвал цену. Я отчаянно торговалась за каждую монетку. К этому мне не привыкать, я на своём веку столько продовольствия в столовую закупила, а уж про ремонт и говорить нечего!

В результате я стала обладательницей старого пошарканного саквояжа, а кошелёк наполнился звенящей мелочью.