Из их рассказа мы узнали, что бригадир велел в спешном порядке засыпать проход в новую шахту, ту самую, что вела в мои земли. Вот эти двое и смекнули, что отплаты за эти работы им не светит, и решили попытать удачу в другом месте.

Вечером к ним присоединились ещё двое. Стал вопрос – куда их селить? Кроватей не хватало. Да и готовить на всех мы с Марысей уже не успевали. Прияв решение, я отправилась в деревню, поговорила с бабой Полей, старушка посоветовала нанять в помощницы Арину. Женщина осталась вдовой и жила с родителями мужа.

- Тесно у них, да и недолюбливают там Аринку, детей-то они с мужем так и не нажили, так что, она с радостью за тобой пойдёт, - пророчила хитрая бабуся.

Так и случилось. Выслушав меня, Арина тут же собрала узелок и пошла со мной. Худая, высокая, жилистая. Не кормили её что ли? На вид я дала бы ей лет тридцать. Глаза грустные, на лбу пролегла глубокая морщинка, единственное, что было в ней привлекательного – это густая тёмная коса, да и та спрятана под вдовий платок.

Правда, в таверне я быстро привела её в порядок, выдав форменное платье, фартук и нарукавники. Косу подняли высоко на затылок и закололи шпильками, приколов на причёску белоснежную полоску кружева.

- Вот теперь другое дело! Посмотри!

Я подала ей зеркало. Арина долго всматривалась в своё отражение, пока на её лице не появилась робкая улыбка.

Поселить новую помощницу пришлось в комнату к Марысе, других мест пока не было.

- Это ненадолго, чуть позже переделаем под комнату одну из кладовок, пообещала я.

В ещё недавно пустующем доме стало неожиданно тесно.

С появлением Арины стало немного полегче. К гостям выходить она пока стеснялась, поэтому мыла полы, прибиралась в комнатах, перестилала постели.

Ещё один день пролетел в делах и заботах. Эндрю всё ещё не было, надеюсь, его сделки будут удачными. Вечером, накормив работяг, я поднялась к себе. День выдался особенно жарким, в комнатах стояла духота, не смотря на усталость, спать не хотелось.

Я подошла к окну и долго смотрела на усыпанное звёздами ночное небо. Где-то вдалеке алела узкая полоска. С каждой минутой она становилась всё шире и ярче. Заря… но ещё не время!

Тонко и жалобно завыла собака, за ней другая. И тут меня пронзила внезапная догадка – это пожар! Степь горит!

Как была в домашнем халате, накинутом поверх ночной сорочки, так и помчалась вниз. Затарабанила в дверь комнаты Мариси и, не дожидаясь пока она выйдет, выскочила на улицу, побежав к сараю, где спали рабочие.

- Где капрал?

Я схватила за грудки первого попавшегося мне на пути, ничего не понимающего парня и затрясла его.

- Что случилось? Госпожа Мари, отпустите его, - мои руки мягко отцепили от домотканой рубахи.