На одном из пустырей, три упитанные, разномастные кошки расселись на круглом канализационном люке, видимо ждали когда добросердечные старушки, им притащат еду.

Кошек Олег недолюбливал, то ли дело собаки, от них хоть толк есть. А от кошек ничего кроме шерсти....

Но сейчас эти кошки подвернулись весьма кстати.

– Верунь, там, с торца магазинчик, я сбегаю? Подождешь? Я быстро! Куплю им поесть, – кивнул на люк с рассевшимися кошками, добавил в голос сострадания и продолжил, – Не могу пройти мимо бездомных животных и не накормить!

– Конечно, конечно, – ожидаемо согласилась Вера, и тут же предложила: – Может лучше попробовать в питомник определить?

– Можно. Только мне кажется, они к этому месту привыкли. Смотри, сидят спокойно и не разбегаются. Я сейчас.

Он побежал к пятиэтажному дому. Трусцой. Пусть полюбуется, какой он спортивный.

– Три пакетика самого дорогого кошачьего корма, батон белого хлеба и набор одноразовой посуды, побыстрей если можно. – выпалил влетев в магазинчик.

Он не боялся, что Вера уйдет, и всё же вздохнул облегченно, когда возвращаясь с покупками, увидел ее на прежнем месте.

– А хлеб для чего? Кошки вроде бы хлеб не едят, – удивилась, принимая из его рук, батон в прозрачном пакете.

– Это для уток. – пояснил, срывая целлофановую упаковку с дешевой пластиковой посуды . Расставил белые, чуть помятые с боков тарелки полукругом, высыпал корм.

Кошки, одна за другой лениво спрыгнули с люка. Брезгливо понюхали корм и также одна за другой, вернулись назад, на люк.

Морды зажравшиеся.

– Идем Вер, похоже они нас стесняются.

– Олег, ты уверен насчет питомника, – переспросила с сомнением.

– Уверен Вер, посмотри, вон пожилая дама вышла из подъезда. Что-то несет в руках, голову на отсечение даю, тоже кошек кормить собралась.

Полная тетка в фиолетовой куртке, в самом деле повернула на пролегающую через пустырь дорожку.

Кошки оживились, спрыгнули с люка, побежали тетке навстречу.

Олег забрал у Веры батон, сунул себе подмышку, затем, взял девушку за руку и повлек вперед. Минут через десять, они уже заходили в открытые ворота окруженного чугунным забором Терлецкого парка.

Чёрт возьми, а в этом и впрямь было что-то романтичное. Запущенный парк с широкими, протоптанными тропинками, легкая туманная дымка над каскадом прудов, желтый свет фонарей рассеивающий едва наметившиеся сумерки. Уток не обнаружили, оставили батон на скамейке.

Внутри ликовало – сделал все правильно! Вера расслабилась, улыбается, шутит, с с интересом слушает его болтовню. Ей, явно понравился этот вечер. Понравился. Хоть и закруглила она его, как только закончили прогулку вокруг прудов. Отказалась посидеть в кафе. И от такси категорически отказалась.