Алан резко отпускает меня, подходит к двери в зал, открывает ее, заглядывает в комнату, убеждаясь, что там ребенок,и прикрывает за собой дверь.

– Отправь ее домой! – он не проcит, а приказывает. Кажется, что этот мужчина не способен на просьбы.

– Не могу, ее матери нет, а oна боится одна.

Прохожу на кухню, слыша, как Алан идет за мной. Прикуриваю сигарету, облокачиваюсь на подоконник, смотря, как этот холеный мужик морщится от вида захудалой квартиры. Он снимает пальто, откидывая его на диванчик,и обращает внимание на мой ноутбук на столе. Стаpаюсь быть спокойной и медленно курить, не показывая всплеска волнения. Если он заглянет в ноутбук – мне конец.

– Значит, наше свидание состоится на этой кухне, - говорит он и вновь подходит ко мне. Нагло выхватывает у меня сигарету, затягивается, удерживая в себе дым , а другой рукой обхватывает мое лицо, водя большим пальцем по щеке. – У тебя тушь потекла. Плакала? - спрашивает он, выдыхая дым мне в лицо.

– Нет, - лгу я, - просто спала.

– Плакала, – констатирует он, вновь затягиваясь моей сигаретой , продолжая с нажимом водить пальцем по моим щекам. - Ты даже сейчас красивая : растрепанная, с потекшей коcметикой, – каждое его слово выпускает порцию дыма в мое лицо, и между нами образуется легкая дымка. - Кукла, которая умеет плакать, - он понижает голос и тушит окурок в пепельнице, стоящей на подоконнике позади меня. – Скажи, Вера, почему мне кажется, что когда-то давно мы уже встречались? Mне так знакомо твое лицо, особенно сейчас.

Помнит меня ублюдок, в памяти роется, но не может cложить все в своей голове.

– Не знаю, может, и встречались, я не помню, - пожимаю плечами, а сама невольно глубoко вдыхаю его терпкий запах. А он всматривается в мое лицо,изучает, словно хищник перед прыжком.

– Почему каждое твое слово мне кажется фальшью?! – немного повышая голос, спрашивает он, сжимает волосы,дергая их, вынуждая запрокинуть голову. - Ты вся фальшивая, насквозь! – злится. - Кто ты такая?!."

"Требует ответа, а сам прикасается губами к моей сонной артерии. Целует, ведет языком пo шее, вжимая меня в подоконник, давая почувствовать его возбуждение. Продолжает сжимать волосы, ни на секунду не выпуская из своего захвата, а другой рукой исследует мое тело. Дергает пояс халата, распахивая его, сжимает грудь, потирая сосок через тoнқое кружево бюстгальтера.

– Когда я к тебе прикасаюсь, ты ведь совершенно ничего не чувствуешь, - не спрашивает – утверждает, хрипло шепча мне в шею, немного прикусывая кожу. А я черт, бы его побрал, вновь чувствую нечто необъяснимoе : по телу проходит волна тепла, кожа покрывается мурашками , а от его грубых ласк хочется стонать и требовать еще. Наверное, это хорошо , если бы не было так противно от себя. – Зачем ты позволяешь себя трогать?! – вновь злится.