– После шестого круга, вызвать на поединок кого-то пятого или четвертого, это действительно уже не слишком ошеломляет. Ты возомнила себя воительницей Мары? – рявкнул он. – Я не понимаю, куда смотрит сир Блау, если бы твой брат был здесь…

– Но моего брата здесь нет. Потому что правильно отправлять детей учиться в Корпус на десять зим или в Академию, подальше от дома. Потому что правильно, что я вижу брата раз в зиму, и то не всегда, – добавила я язвительно. – Правильно – это подчиняться Старшим без звука, не так ли Кантор? Потому что нас этому учили, потому что Старшие не могут ошибаться?

– Что ты несешь?

– А они могут ошибаться.

Они, так же как и ты, – я ткнула пальцем в грудь Тира со всей силы, – пытаются сделать «правильно» и ошибаются. Старшие не безгрешны.

– Вайю!

– Правильно подчиняться Империи, правильно, что Юг стоит на коленях, и скоро на колени поставят Север… но ведь это правильно, Кантор? Правильно стоять на коленях, подчиняясь решению императорской длани? Догмы, догмы, догмы…, – меня уже несло, – … кругом догмы. Третий круг не может победить шестой, нельзя перепрыгнуть круг после двадцати, зимой идёт снег, а светило встает на западе…

– Вайю! Что ты несешь?!

– Правильно, что Управление подчиняется тому, в чьих руках управляющая печать, не так ли, Кантор?

– Печать у Императора…

– Точнее у того, в чьих жилах течет императорская кровь, – добавила я въедливо.

– Хотя бы капля…

– Это крамола…, – Тир резко оглянулся на менталиста. Купол тишины не внушает доверия?

– Крамола – это считать, что они не люди, Кантор, – я стряхнула руку и развернула его лицом к ничего не понимающему Каро. – Смотри. Это – человек, Высший, такой же, как ты и я.

Не менталист, не дознаватель, че-ло-век, в первую очередь!

Кантор посмотрел на меня, как на безнадежно больную.

– Смотри, я сказала! – рявкнула я. – Что правильно? Правильно держаться от дознавателей подальше? Правильно? Так тебе говорят? Так говорят Старшие? А почему? Почему? Потому что это правильно. Потому что это – догма, потому что так…

– … принято, Вайю. У нас есть правила…

– В жопу правила, Кантор, – я выдохнула – он так ничего и не понял. – Мне не нужно рассказывать, как у нас закрепляются правила – кровью, и как управлять общественным мнением…

– Вайю! – плебейских ругательств Тир не переносил.

– В жопу правила, Кантор! – повторила я с отчетливым удовольствием. – Не правила будут решать жить тебе или умереть, а люди! Не правила пошлют тебе в спину стрелу или заложат плетения! Люди! Одна засушенная в камень лепешка или две, положенная тебе в день, если повезет оказаться в тюрьме – это тоже решат не правила, а человек. Каждый раз решают люди. Он решает, Кантор, – я снова кивнула на менталиста. – Он будет решать, а не правила.