– Вечерние, господин, – на подносе брякали звонко пузатые фиалы из темного стекла. – Всё что, лекарь прописал…

Луэй придирчиво выбрал два, отодвигая остальное.

– Убери.

– Но господин, целитель строго приказал…вы сами слышали – пить нужно всё, господин… иначе как же госпожа Винни без вас?

– Убери, – повторил Луэй тихо и без нажима. Чпокнул пробкой и, поморщившись, выпил первый фиал. Горечь вязала язык так, что слезы выступали из глаз. Потом следом второй – так же неторопливо, как будто растягивая ощущение тягучей гадости, и отдал пустые флаконы обратно.

– Собери леди, как… на прогулку. И вещи – самое основное. Не забудь игрушки, фантики, и всё, без чего она не может жить. Лекарства на первое время и свитки с назначениями от целителя. Одеть тепло.

Слуга торопливо кивнул, бросив прощальный укоризненный взгляд на хозяина – он не не знал, кого из господ ему было жальче – несчастную сестру или брата."

"Луэй встал, покачнулся, переждав, пока перестанет кружиться голова – проклятая слабость накатывала волнами и никак не проходила. Нарушения таких клятв вообще никогда не проходят даром – а уж кровных и подавно.

Бросил плетения на дверь – два простых и одно особое – захочешь не вскроешь.

Подтащил носком сапога стул поближе, и рухнул с облегчением. Лоб повлажнел от пота – нужно было послушать и выпить остальные зелья.

Дальше он действовал методично, как только перестали подрагивать руки – достал и выложил в ряд пять чистых пирамидок для записей, тушницу, кисти, несколько чистый свитков и личную печать.

Вынул из кармана женскую сережку с зеленым нефритом, и долго рассматривал её под светляком.

Молча. И положил рядом.

Теперь было готово всё. Узнать, не совершает ли он очередную ошибку – ему не удастся. Не доживет.

Луэй каркающе рассмеялся и тут же осекся – рот наполнил медный вкус крови – смеяться тоже нельзя.

По-крайней мере он попытается исправить всё, что натворил и развернуть фигуры на доске. Старуха уверена, что он предан ей, что благодарен, что леди Аю пришла и вытащила их из той дыры на окраине южного предела, в которой погибали остатки рода Луэй, от которого остались только брат и сестра.

Леди Фелисити явилась, как посланница богов – родич по крови, магистр Академии.

Перевезла в Столицу, оплатила учебу, и первое время не просила взамен ничего.

Луэй подтянул к себе первую пирамидку и выставил перед собой.

Старая тварь обещала, что не тронет сестру, что никогда не будет вмешивать Винни в свои дела, и когда они приехали на этот забытый богами Север – повторила обещание. Он и так уже потерял всё – себя, честь рода, продался Серым, единственное, что оставалось – это сестра, но старуха отняла и это.