Без сомнения она рожает. Стоит к ней только прикоснуться, как она начинает успокаиваться, прекращая громко мяукать и выгибать спину. Впервые вижу растерянность и панику на Данином лице. А вот я, перелопатив кучу литературы и видео, не испытываю ни толики страха.

Когда Даня заканчивает собирать купленный родильный домик для кошки, она моментально подбирается к нему и устраивается внутри. Но стоит нам только отойти на несколько шагов, как она тут же покидает его и принимается тереться об ноги.

— Кошка, ты вообще в курсе, что роды — это интимный процесс? А ну иди в свою хату и рожай сама, — нахмурив брови, произносит Даня.

— Скорее всего, она хочет, чтобы кто-то был рядом. Думаю, если мы вернемся к домику, она туда залезет и останется там.

И действительно, стоило нам только вернуться, как кошка тут же залезает внутрь.

— Я придумал ей имя. Оперой будет.

— Опера?

— Она самая. Такая же крикливая. Я думал, только женщины кричат во время родов.

— Она не кричит. Немножко помяукала. Я читала, что по-настоящему они могут кричать, если после родов кошка бросает котят и ходит за хозяином. Это значит, что в полости матки остается еще один плод или послед. Это она так просит, чтобы ей помогли.

— Час от часу не легче, — закатывает глаза и тут же встает с корточек.

— Ты куда?

— За атрибутами романтики.

— Чо?

— Ничо, — парирует в ответ и куда-то уходит.

Наверное, ставить домик под лестницей — не лучшее решение, но как известно, хорошая мысля приходит опосля. Даня возвращается ко мне через несколько минут с ковром, скорее напоминающим шкуру медведя и бутылкой открытого шампанского.

— Поднимай синнабоны. Будем на ковре сидеть и побухивать шампанское с горла.

— Ты какой-то странный, — усевшись на ковре, резюмирую я.

— Разве? В народе это зовётся романтичный. Вот тебе ковер и шампанское. Осталось только электрический камин перенести на стену напротив нас, — грустно усмехается и тут же отпивает шампанское. — Хочешь?

— Нет. Мне и так хорошо.

— Это хорошо, когда хорошо.

Даня протягивает мне бутылку, и я делаю маленький глоток, исключительно, чтобы его не обижать. Пить я не хочу от слова совсем. А вот Кротов охотно пьет шампанское все время, пока я глажу кошке живот. Бутылка быстро опустошается и до меня вдруг доходит.

— Ты чем-то расстроен. Чем?

— Нет.

— Да. Я тоже не слепая.

— Не расстроен. Так, немного стыдно.

— Стыдно?

— Ага. На родах почти незнакомой кошки присутствую, а на родах своих детей — нет. Оба раза был далеко. Хотя, я не только тогда был далеко, — тут же добавляет он, проводя рукой по волосам.

— А ты хочешь еще детей? — вот не это я хотела сказать. Совершенно не это. Но почему-то вопрос сам вылетает из моего рта.

— Хочу, — не задумываясь бросает Даня.