— Не может быть, — шепеляво выдыхаю шепотом.

Я даже боюсь подумать об этом. Даже на мгновение предположить, что самые мои смелые мечты могли воплотиться.

Нам ведь сказали, что это невозможно. Убедили в том, что наш удел — приемные дети. Мы смирились и уже не надеялись на чудо. А теперь…

Нет. Скорее всего, это отравление.

Я не хочу питать себя напрасными надеждами и тем более обнадеживать Захара. Раз уж мы приняли этот прискорбный факт и решили жить только для себя, пусть так и будет. Только вот внутри чувствительно колотится сердце и все сжимается от одной мысли о том, что чудеса случаются.

Я стою и не дышу, глядя на мужа, потому что боюсь спугнуть свою удачу. Боюсь, что если произнесу вслух свою догадку… даже не догадку, предположение… все может измениться. Типа как будто вселенная подразнила меня и отберет эту надежду. Пусть она и была изначально пустой и не имела под собой оснований.

— Маргош, ты как? — ласково спрашивает Захар, вглядываясь в мое лицо.

Я поднимаю указательный палец, давая ему понять, что мне нужна минутка. Поворачиваюсь лицом к зеркалу и продолжаю чистить зубы, глядя на свое отражение.

Теперь я вижу себя совершенно иначе. Как будто за пару секунд кардинально изменилась и стала совсем другой женщиной.

Заканчиваю с чисткой и, прополоскав рот, поворачиваюсь лицом к мужу.

— Я, конечно, не уверена… — начинаю, не зная, как преподнести ему эту новость. — И может быть, причина в какой-то паршивой еде. Или у меня, например, началась индивидуальная непереносимость какого-то ингредиента, но…

— Ты беременна, да? — спрашивает Захар, а я неопределенно киваю.

— Возможно, — выдавливаю из себя и затаиваю дыхание в ожидании реакции.

Он зависает на долгих пару секунд, а потом склоняет голову набок.

— Нам надо к врачу?

— Захар, блин! — рявкаю. — Причем тут врач?! Я еще не знаю, что мне надо! Пока что только предполагаю.

— А чего ты так психуешь? — аккуратно спрашивает он. — Ты разве уже не хочешь ребенка?

— А ты? — отвечаю вопросом на вопрос.

Впиваюсь в мужа взглядом и жду ответ, понимая, что он определит, какими будут наши дальнейшие отношения. Вдруг он уже передумал? Или изначально поддерживал меня только потому, что я хотела ребенка, а на самом деле всегда желал прожить жизнь только вдвоем?

Глава 39

— Что это, нахрен, за вопрос? — гремит мой муж. — Конечно, я хочу! Я думал, ты уже передумала!

Я расслабляюсь и чувствую, как по щекам катятся слезы, а на лице расплывается улыбка.

— А я думала, что ты смирился и передумал.

— Глупая, — ласково произносит он и, подойдя ко мне, сгребает в свои медвежьи объятия. — Разумеется, я хочу продолжение тебя. Девочку. Такую же красивую и с характером, как ее мама. Капризную и требовательную, чтобы я удовлетворял все ее прихоти.