Если до этой истории доберутся репортеры… Все будут говорить, что Дмитрий Орлов завел гарем и у него семеро побочных детей по лавкам! Олег, ох, мне плохо. Лика, у тебя есть корвалол? Позор, какой позор… Я не переживу…

– Да, сейчас, Ирина Кирилловна, – мой голос слегка дрожал, но больше я ничем не выдала своих бушующих эмоций, истерика свекрови всё перекрыла. Она всегда была степенной, прохладной в общении женщиной, леди. Я впервые слышала, чтобы она повышала голос.

Нетвердой походкой двинулась на кухню, открыла шкафчик с лекарствами, а потом просто стояла и тупо смотрела на флаконы и коробки, совершенно не понимая, зачем я сюда пришла. Господи, какой кошмар. Какой непреходящий, жуткий кошмар, который топит меня, как вязкое болото. А ведь мне даже не напиться лекарствами, чтобы заглушить боль. Я не могу навредить ребенку.

– Ты молодец, Анжелика, – раздался за спиной спокойный голос отца Димы. – Отлично держишься. Очень достойно.

– Спасибо, Олег Владимирович, – ответила машинально, а потом до меня дошли его слова.

Хорошо держусь? Да я разваливаюсь на части!

Его похвала неприятным осадком осела во мне. И я поспешно ушла с кухни, найдя корвалол и прихватив его с собой. Может, свекор пошел за мной, чтобы проследить? Боялся, что я с собой что-то сделаю? Или хотел что-то объяснить? Так вот я пока не готова слушать, я вообще ни на что не готова. Мне бы не упасть тут и не забиться в истерике, проклиная всех и вся.

Страсти в гостиной меж тем накалились до предела. Сусанна что-то выкрикивала, доказывая Ирине Кирилловне свою правоту.

– Замолчи! – не отставала та, стоя напротив и трясясь всем телом. – Ты должна была сидеть тихо! Был уговор, что ты не показываешься! Мы платили тебе достаточно, чтобы ты не высовывала свой нос. Наша семья на виду, у нас идеальная репутация! А ты! Зачем ты сунулась? Ни о ком кроме себя не думаешь!

– Ира, успокойся, – жестко осадил ее Олег Владимирович, беря бразды правления на себя. – Вот, Лика уже накапала тебе лекарство.

– Да, Ирина Кирилловна, выпейте и давайте поговорим здраво, – медоточиво улыбнулась Сусанна, поглядывая на меня с гонором во взгляде, мол, что? Думала, я какая-то девка с улицы? Все про меня знали.

Но вот свекор явно был иного мнения.

– С тобой? Ты кто вообще такая? – прижал ее, как плешивую собаку, к земле своим резким, не терпящим возражений тоном, от которого даже мне стало страшно.

Но Сусанна будто не уловила угрозу, выпятила грудь.

– Я – мать вашего внука! Других у вас нет! Жена не родила Орлову ребенка, а я уже пять лет ращу его сына! – горделиво заявила она, снова стреляя в меня взглядом-уколом."

"– Мама? – нас всех отвлек от скандала испуганный голос ребенка.

Ваня стоял на пороге гостиной, опустив руки по швам. В пижаме. На штанишках расползалось мокрое пятно.