Люди ему верили и велись. А когда пришла реальная угроза, никто ему уже не поверил. Ты так часто грозила мне разводом…

– Ты устал. От меня.

– Я стал больше тебя ненавидеть, нежели любить, – повторяет он сказанную ранее фразу.

Это конец.

– Жаль, что мы не поговорили так тогда, – мой голос хрипит.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Сожаление такой силы обнимает, сжимаем и душит. Всю меня передергивает.

– Можно еще вопрос? – смелею.

Кусаю нижнюю губу, языком провожу по верхней. Рукой шею обхватываю, тру. Здесь кажется очень душно и влажно.

– Давай, – ровно соглашается.

Со стороны весь наш разговор смахивает на обычную беседу двух знакомых с общим прошлым. Бывшему все равно, что вчера ночью я получила яркий оргазм, который он мне подарил. Да и секс у нас был незащищенный.

Кречетов сидит с ровной спиной и готов отвечать на любой мой вопрос.

– Почему ты меня поцеловал? Вчера?

Короткая усмешка. Чуть нервная. Теперь Макс кусает свою нижнюю губу и в замешательстве стреляет взглядом по предметам на столе.

Ему не все равно.

– Захотелось, Ляль.

– Я все еще тебя привлекаю, так? – внаглую наклоняюсь ближе.

Адское напряжение стреляет между нами. За секунду, как меняется погода в субтропиках.

Меня прошибает потом, позвоночник болезненно трещит от силы его взгляда. Он же насквозь проламывает.

– Ты по-прежнему самая красивая женщина для меня, Ляль.

Воздух выбивается одним махом. По спине словно удар битой получила, и нужные молекулы кислорода вылетели через клетки.

– Ответь. Тебе снова он звонит.

Перевожу взгляд на свой вспыхнувший телефон.

Оскар.

Он ведь потерял меня. Волнуется, переживает, наверное.

Или, возможно, все узнал. Обо мне и Максе. Господи, что тогда будет? Брандт не из тех, кто закроет на все глаза.

Кречетов поднимается со стула, забирает черное пальто с вешалки и надевает его. Все делает это с привычной неторопливостью.

Выходит из кафе, даже не попрощавшись.

И я, наконец, отвечаю на звонок своего жениха.

глава 15

Оля.

– Ты хочешь сказать, что просто не слышала мои звонки? – издевательским тоном спрашивает Оскар.

Мы сидим за столом на кухне. Перед нами заказанный из ресторана ужин, бокалы наполнены вином. И жуткое напряжение, натянутое тонкими резиночками, которые вот-вот треснут.

– Все верно. Был тяжелый день и… я посмотрела фильм, меня вырубило еще в самом начале, проснулась ближе к обеду, – нагло вру.

Губы пылают от этой лжи, потому что терпеть ее не могу.

Но и сказать, что прошлую ночь я провела в объятиях бывшего мужа, выше пока моих сил.

Язык немеет, стоит только повертеть во рту имя Кречетова.

Брандт смотрит на меня, не отрывая пронизывающего взгляда.