Его глаза прищурились, а затем он стиснул челюсти и процедил угрозу: – Учти, если ты останешься сейчас здесь с ним, то назад дороги не будет. Твоей репутации придет конец, и от славы падшей женщины будет никуда не деться. Я не приму тебя назад после него. Если ты думаешь, что ребенка оставят матери-потаскушке…

Я не успела отреагировать, как Полянский встал на мою защиту.

– Следи за словами, ублюдок!

Он обогнул меня и толкнул Карима, тот немедленно бросился толкать Руслана в ответ. Началась потасовка, но я почти ничего не видела. Зрение застило слезами, а затем я потеряла над собой контроль. Мне нужно было ответить на последние слова!

– Ты меня не примешь?! – крикнула что есть мочи. – Да это я к тебе не вернусь! Не вернусь в тот дом, который ты осквернил предательством! Убирайся! Не хочу видеть тебя! Будем говорить только через адвокатов!

Мои слова заставили мужчин остановиться, и они уставились на меня.

– Адвокатов? – рыкнул Карим. – Да у тебя денег нет, все твои карточки мной пополнялись!

В этот момент Руслан толкнул его в плечо, а затем Карим ударил его кулаком в лицо. Началась не просто драка, а кровавое месиво. В какой-то момент рядом оказался водитель Полянского и затащил меня с ребенком в подъезд, и продолжение драки я уже не видела. И не желала.

Ни о какой гостинице уже не шло и речи. Мне было так плохо, что я едва соображала. Самообладание держалось на последней ниточке, и этой ниточкой была моя дочь. Ради нее я жила, не последовала желанию лечь и умереть.

Первым делом, снова оказавшись в квартире Полянского, я успокоила дочку, а когда та уснула, снова навзрыд разревелась. Мое цельное еще утром сердце разбилось вдребезги.

Глава 10

Полина

– Вы можете спокойно ехать, Полина, я справлюсь, – уговаривала меня Валентина Дмитриевна, няня в возрасте, найденная Русланом.

Именно о такой я и мечтала: о женщине с опытом, вынянчившей уже много воспитанников, с рекомендациями и без своих маленьких детей, которые бы ее отвлекали.

Но всё равно было тревожно и волнительно оставлять свою малышку на чужого человека… Как это сделать? Взять и просто уйти? Закрыть дверь и оставить свою крошку одну? А если она проснется и будет искать маму? Плакать навзрыд?

Я буду ужасной матерью, если брошу своего ребенка?

Деньги у меня пока есть. Может, остаться еще на денек?

Зажмурилась и мысленно себя отругала за надежду.

Ведь я понимала, что на самом деле со мной творится. Себя я не обманывала. Надежда на то, что с Каримом всё будет как прежде, не умирала.