А утро начинается традиционно – с каши с ягодами и чая с молоком. За суетой время до полудня пролетает незаметно, а потом приходит мама. Сегодня один из двух ее выходных, которые она посвящает мне и своим внукам.

– Ну, что? Как там дела с твоим разводом? – спрашивает она, разделывая курицу на порционные кусочки, – С детьми быстро решилось.

Я не рассказывала ей о нежелании Станиса разводиться, потому что боюсь, что она тут же встанет на его сторону и снова начнет давить на меня.

– Я подписала доверенность на адвоката. Теперь он будет заниматься моим разводом.

– Адвокат? – удивляется мама, – Это ж наверное кучу денег стоит?

– Нет… не очень дорого…

– Снова Денежко платит?

– Да.

Стыдно ли мне? Да, стыдно. Ситуация, если не знать подробностей, неприглядная. Я пытаюсь развестись с мужем с помощью бывшего любовника. Однако я больше не могу сопротивляться проникновению Лешки в абсолютно все сферы моей жизни. Он мне не муж, не друг и не сожитель, но поддержки за эти пару месяцев я получила от него в десятки раз больше, чем за два с половиной года от Станиса.

Только сейчас я поняла эту разницу – когда учитываются мои личные потребности, и когда они учитываются только при условии, если совпадают с потребностями Бжезинских.

И нет, я не жалуюсь, потому что никогда ни в чем не нуждалась. У меня были лучшие одежда, еда и условия жизни, но отдельным человеком, личностью я себя не чувствовала. Приятным приложением к Станису – да.

– У тебя телефон звонит, – говорит мама, врываясь в мои размышления.

– Это Лешка, – говорю я, взяв его в руку.

Никак не могу привыкнуть видеть его имя на экране. Сердце сразу пускается вскачь, а пульс взлетает до небес.

Выйдя из кухни и быстро заглянув в комнату, где играют мальчишки, я принимаю вызов и прижимаю телефон к уху.

– Привет, – раздается в нем тут же.

Я срываюсь на дрожь, потому что именно таким я запомнила его голос в моем последнем сне.

– Привет.

– Какие планы на сегодня?

– Планы?.. – уточняю недоуменно.

– На днях открылся большой детский развлекательный центр. Думаю, пацанам там понравится, – произносит Леша.

– Оу… они будут в восторге.

«А я тем более» – проносится в голове.

– Я заеду после того, как они поспят?

– Да, примерно в четыре.

– Окей, – говорит он и отключается.

После того нашего разговора мы виделись уже дважды, но никто из нас к нему не возвращался. Ни к моим признаниям, ни к моему неловкому поцелую.

Однако той стены, которую мы сломали тем вечером действительно больше нет. Лешка больше не отводит глаза, когда наши взгляды встречаются и все чаще спрашивает: «Как твои дела?»

Глава 41

Варя

– Как твои дела? – спрашивает Леша, усаживаясь за руль своей машины.

Мальчишки в своих креслах на заднем сидении нетерпеливо сучат ногами.