Провожу ими, колясь о вечернюю щетину, по щеке, трогаю губы.

Если бы он только знал, какую ценность имеют для меня эти мгновения! Если бы знал, как окрыляет его неравнодушие.

– Ты можешь задавать любые вопросы. Всегда, – проговариваю я, – Я буду честна.

Накрыв своей рукой, он двигает меня к себе и наваливается сверху. Опирается на локти и, зарывшись лицом в мои волосы, не шевелится. Тяжесть его тела и рождающее дрожь его теплое дыхание обездвиживают меня. В бедро упирается каменная эрекция.

Мы греемся друг другом в тишине около получаса.

– Она сказала, что ты приехала сюда ко мне, – наконец произносит Лешка севшим голосом.

– Кто? – не понимаю я.

– Твоя тетка. Она сказала, что ты сбежала от мужа ко мне…

Вспыхнувшая на Юлю злость гаснет так же быстро, как и появилась. Она не права, вмешиваясь в наши с ним такие нестабильные отношения, но тратить ресурсы на раздражение я сейчас себе позволить не могу.

– Думаешь, она врет?

Лешка поднимает голову и перехватывает мой взгляд.

– Думаю, она и сама ни черта тебя не знает.

– Знает… ей многое не нравится, но она знает.

Просунув колено между моих ног, он расталкивает их и устраивается так, что до нашего соединения остается всего одно движение. Меня обдает кипятком.

– Мне стоит верить ей? – спрашивает, делая круг глазами по моему лицу.

– Тебе решать… Но я действительно вернулась к тебе и… к себе.

– Вернулась, чтобы вскрыть мне череп, да, Варя? – бормочет он с усмешкой и, сомкнув зубы на морем подбородке, делает толчок в глубину.

Я хватаю порцию воздуха и встречаю вторжение его языка. Двойная атака, от которой плавятся кости и горит кожа. Выгибаясь, подставляюсь ударам и обвиваю ногами его бедра.

Мне нравится, что он доминант. Его главенство не вызывает ни сомнений, ни эмоционального отторжения. Мне нравится давать то, что он требует, и приводит в восторг то, сколько дарит взамен.

Я улетаю всего через пару минут. Без дополнительных ласк и стимуляций взмываю вверх кометой. Плачу, захлебываясь коктейлем из эмоций – все просто до примитивного. Нужный человек рядом, и не надо никаких психотерапевтов и препаратов от депрессии.

Лешка молчит, но из объятий своих не выпускает. Я заставляю себя успокоиться и тесно прижимаюсь к его боку.

– Через два дня день рождения твоей мамы, – шепчу куда-то в подмышку.

– Я помню.

– Она пригласила меня, только я не знаю, брать мальчишек с собой или нет.

– Возьмем, конечно…

– Это будет уместно?

– Почему нет? – хмыкает он, повернув ко мне голову.

Я понятия не имею, как проходят подобные праздники у Денежко, но отлично помню, что Бжезинские никогда не приглашали на торжества гостей с маленькими детьми. Это шум, гам, лишняя суета и угроза порчи имущества.