Дергаю её мокрые после бассейна волосы и встаю с шезлонга.

— А-а-а-а-й… — хихикает она, переворачиваясь на живот в своем золотом купальнике.

У неё здесь была только пара приступов. Этот климат ей подходит, а вот в городе она задыхается.

— Сэндвичей сделать? — спрашиваю, медленно плетясь в дом.

Мне нужно себя чем-то занять.

Обычно готовка еды помогает. Проблема в том, что мне даже из дома выходить не хочется. Мне не хочется мыть голову и расчёсываться. Единственное, чего мне хочется, — это галлонами пожирать мороженое перед теликом.

Просто блеск.

В гостиной и на кухне никого.

Достаю из холодильника хлеб и салями. Вид здоровенного батона колбасы заставляет глупо улыбаться, но через секунду хочу позорно разреветься.

— Чудик… — шепчу себе под нос, моя огурцы и помидоры. — Зануда…

Наверху слышится топот ног и Женин взволнованный голос на ступенях лестницы:

— Максим!

— Потом, — коротко бросает её муж.

Замираю с занесённым над колбасой ножом, превращаясь в статую и не желая быть замеченной в такой неподходящий момент.

— Макс!

Интуитивно сжимаю рукоятку ножа сильнее, сердце в груди замирает. Медленно поворачиваю голову.

Он проносится через гостиную, опустив голову и широко шагая босыми ногами. Одетый в одни спортивные шорты. Следом за ним, придерживая живот, несётся растрёпанная Женя.

— Подожди…

Вломившись в свой кабинет, захлопывает дверь прямо перед её носом и щёлкает замком. Женя стоит неподвижно целую минуту, а потом разворачивается и плетётся на кухню.

— Нальёшь мне вина? — просит устало. — Там красное было в холодильнике...

— Что… случилось? — спрашиваю, еле-еле справившись с комом, который образовался у меня в горле.

Усевшись на стул, она массирует виски, уронив на руки голову.

— У Макса умер отец.

* * *Подложив под щеку ладони, гипнотизирую глазами окно, за которым ночь и стрёкот цикад.

В этом году здесь, на острове, какое-то нашествие этих горлопанящих насекомых. С утра и до вечера гул стоит такой, будто работает старый холодильник. А ещё пахнет морем и ночной свежестью, хотя ещё нет и одиннадцати вечера.

Кажется, раньше я не особенно замечала подобные мелочи, а теперь замечаю.

Вчера мы были на одном пляже и видели, как здесь восходит луна. Это очень красиво и… мы взяли такси.

В дверь тихонько скребутся, а потом сестра просовывает внутрь голову.

— Можно к тебе? — спрашивает, запустив в мою комнату свет из коридора."

"— Чего не спишь? — говорю, перевернувшись на спину.

Она ещё час назад была в постели, и мы попрощались до утра.

— Алекс… страшилок нарассказывал, — морщит нос Аделя, забираясь на мою кровать и стаскивая с ног носки.

— Ты же не веришь в привидений.