Буквально за несколько дней мне удалось сформировать довольно неплохую клиентскую базу. В которой, конечно, все еще было много новеньких, но многие уже возвращались и не по разу.

Однако в этот раз за дверью меня поджидала незнакомая… Тут можно было сказать «бабушка», если бы не ее внешний вид, с которым это слово совсем не вязалось.

– Добрый день. Я могу вам чем-то помочь? – приветливо улыбнулась я.

– Привет. Я Тильда. Живу во-о-он там. Донни, должно быть, рассказывал.

Голос у соседки напоминал скрип давно не смазанных ворот. Мои нейронные связи с ума сходили от того, насколько разными были акценты людей, с которыми мне приходилось общаться.

Но что интересно, с каждым днем это становилось все проще.

– Очень приятно. Амина, – улыбнулась я.

– Так ты меня впустишь?

– Да, конечно. Боюсь, сегодня у меня небольшой выбор. Хлеб на закваске, булочки с инжиром и…

– Так Доннел говорил, кто я?

– Извините, мы не так часто общаемся.

От мысли, что кто-то мог подумать иначе, у меня по привычке вспыхнули щеки. Даже интересно, придет ли когда-нибудь тот момент, когда я смогу не краснеть и забыть как страшный сон все, чему меня учили? До сих пор я каждый свой шаг соотносила с установками, которые думала, что изжила.

То, какой я хотела себя видеть, неожиданно вступило в серьезный конфликт с тем, какой я была. И как переломить себя, как переучить – я не знала.

– Налей-ка мне чаю, милочка.

Я послушно принялась заваривать чай, ожидая, когда же странноватая Тильда объяснит цель своего визита. И исподтишка за ней наблюдала. Невысокая, плотная, но не толстая. На изборождённом глубокими морщинами лице двумя яркими пятнами выделялись потрясающе яркие голубые глаза и орлиный нос.

Образ довершала прическа – взрыв на макаронной фабрике. Балахон расцветки «вырви глаз». И непонятно откуда возникшая между покореженных артритом пальцев сигаретка.

– Вот, – я поставила перед гостьей чашку и пододвинула корзинку с уже упомянутыми булочками с инжиром.

– Ты же в курсе, да, что живешь в правовом государстве?

Начало разговора было настолько неожиданным, что я, как сова, хлопнула глазами.

– Конечно.

– Так вот… Если у тебя какие-то проблемы, ты всегда можешь обратиться в полицию. Смотрю, с языком у тебя вроде нет проблем, но если что – я могу организовать и переводчика.

– Да. Вы правы. Проблем нет. Но я все равно не понимаю, – не стала скрывать своих чувств.

– Я проработала в полиции сорок пять лет. Так что у меня и сейчас остались кое-какие связи, – заявила Тильда, как будто эти слова могли что-то для меня прояснить. – Так что ты решила?

– По поводу чего?

Недовольная моей непонятливостью, Тильда закатила глаза. Затянулась, пыхнув сигареткой.

– Обращения в полицию. Это можно квалифицировать как преследование и добиться охранного ордена.