Он не был частным сыщиком, зарабатывавшим на жизнь детективными расследованиями, и ввязался во всю эту историю, чтобы потренировать мозги и развлечься посредине монотонной скуки Малодвинска, однако Андрей был уверен, что чужой труд ценится только тогда, когда другой человек за него платит, поэтому, взяв со стола листок бумаги и карандаш, он нацарапал вызывающую уважение, но вполне посильную Васину сумму.

– При этом, разумеется, я продолжу поиск документов, – сказал он. – Соболев очень заинтересован в поиске убийцы, и я согласился ему помогать, так что, думаю, рюкзак, а вместе с ним и папка, найдутся.

– Хорошо, – кивнул бизнесмен. – Деньги предпочитаете наличными или на счет?

– На счет, – спокойно сказал Андрей, – и по официальному договору на оказание консалтинговых услуг. Я не шучу с законом даже в малом, Олег Иванович.

– Тогда на вас выйдет мой юрист, чтобы обговорить детали. И вы правы, я встречусь с Соболевым. Он, конечно, мерзавец, но нельзя оставлять за спиной незакрытый конфликт с врагом. Если он, конечно, вам не соврал. Ибо зачем бывшему школьному учителю украденный план аэропорта?

– То, что строительством аэропорта покойный Николай Петрович действительно интересовался, я могу засвидетельствовать, – сказал Погодин. – У него в истории поисковых запросов в телефоне сайт, посвященный будущему объекту. Валевский в самом деле искал любую информацию о строительстве и, видимо, не найдя ее в открытом доступе, обратился за помощью к Соболеву, понятия не имея, что тот втянет в кражу его воспитанницу.

– Что-то очень запутанно все в этой истории, – с сомнением покачал головой Васин.

Погодин промолчал. На самом деле загадка, за которую он взялся, была еще сложнее, чем казалось бизнесмену. Васин не знал ни о куске бронзы, который много лет искал Валевский, ни о пропавшей иконе Богоматери Одигитрии, ставшей навязчивой идеей для Александра Соболева. Вот только понять бы еще, при чем здесь будущий аэропорт.

Распрощавшись с Васиным, Андрей, не задерживаясь, покинул гостиницу, дошел до небольшого магазинчика, где привык покупать продукты, потому что они всегда были здесь свежими, как следует запасся провизией, чтобы не думать об этом хотя бы ближайшие три дня, и, нагруженный пакетами, отправился домой.

По дороге ему снова захотелось есть, поэтому, придя домой, наделав бутербродов и заварив свежего чаю, он с удобством расположился за кухонным столом. Взял лист бумаги и, прикусывая от вкуснейшего бутерброда и прихлебывая горячий чай с молоком, начал рисовать только ему одному понятные квадратики, кружки и стрелочки, пытаясь привести все известные ему факты хоть в какое-то подобие системы. Та не выстраивалась, настырно рассыпаясь на куски.

От работы его отвлек телефонный звонок. Линн.