Меня выпихнули в неоплачиваемый отпуск.

– Ну и подонки! Как только совести хватило!

– Трудно их осуждать. Консервативные люди, старой закалки, – пожал плечами Дэвид.

– И что теперь?

– Буду готовить процесс. А ты что имеешь в виду?

– Имею в виду?! Тебе выпало вести одно из известнейших уголовных дел века. И что же? Ни своего кабинета, ни допуска к документам или архивам, ни юридической библиотеки, даже факса своего нет, черт побери. Видел я ту рухлядь, что ты и Сандра именуете компьютером! На таком даже в Интернет не войдешь! Уж не говорю о чем-то более серьезном.

– Обойдусь как-нибудь, – пробурчал Дэвид.

– Именно “как-нибудь”. Ну вот что, в моей конторе есть пустой кабинет. Я решил предоставить его тебе на время. Там найдешь все необходимое.

Дэвид недоуменно воззрился на друга, мгновенно потеряв дар речи. Потребовалось несколько минут, чтобы наконец прохрипеть:

– Джесс, я не могу.

– Можешь, можешь, – заверил тот. – Когда-нибудь сочтемся. Ты ведь всегда находишь способ отблагодарить тех, кто делает тебе добро, верно, святой Дэвид? – отмахнулся Джесс и взял в руки меню. – И хватит морить меня голодом.

Кстати, сегодня платишь по счету ты!

*** Дэвид вошел в тюремную комнату для свиданий и попросил привести Эшли Паттерсон. Вскоре надзирательница ввела заключенную. Эшли похудела и была еще бледнее, чем в прошлый раз. Оба натянуто поздоровались и сели.

– Сегодня приезжал отец, – сообщила Эшли. – Он сказал, что вы обязательно вытащите меня отсюда. “Мне бы его оптимизм!""

– Сделаю все, что в моих силах, – осторожно заверил Дэвид. – Но беда в том, что немногие люди знакомы с вашей проблемой. Эта болезнь не обсуждается в широких кругах.

Придется помочь присяжным познакомиться с ней. Для начала необходимо, чтобы лучшие психиатры осмотрели вас и засвидетельствовали ваш диагноз.

– Я боюсь, – прошептала Эшли.

– Чего именно?

– Во мне живут еще два человека, а я даже не знаю их, – дрожащим голосом прошептала девушка. – Они могут в любую минуту вырваться на свободу, и я стану их послушной игрушкой. Как все это ужасно!

Глаза Эшли наполнились слезами.

– Они не люди, Эшли, а призраки, созданные вашим воображением, – тихо поправил Дэвид. – Часть вашей души. И вас можно вылечить, так сказал доктор.

Все будет хорошо, вот увидите.

Дэвид добрался до дома поздно вечером. Сандра бросилась ему на шею, обняла и прошептала:

– Я когда-нибудь говорила, как горжусь тобой?!

– По тому поводу, что я ухитрился остаться без работы? – усмехнулся Дэвид.

– И этим тоже. Кстати, опять звонил мистер Краудер. Напоминал о договоре, требует остальную часть залога. Шестьдесят тысяч. Боюсь, придется объяснить ему, что теперь мы не в состоянии…

– Погоди. Столько у меня найдется. В пенсионном фонде фирмы.