Тогда ему не придется ждать, пока черти утащат его в ад и начнут поджаривать. Я сумею все обтяпать так, чтобы меня не поймали, если…

– Тони, забудьте об этом.

– Ладно, у меня в запасе еще немало способов… Гилберт огорченно вздохнул:

– Почему вы так рассердились?

– Разве не знаешь? Эх ты, медицинский гений! Он женится на женщине с трехлетней дочерью! И что будет с этой несчастной малышкой, мистер Знаменитый Психиатр? Не нужно быть ясновидящей, чтобы предсказать: то же, что случилось с нами. Ну так вот, больше я этого не допущу!

– Я надеялся, что за это время вы успели избавиться от ненависти.

– Ненависть? Хочешь знать, что такое настоящая ненависть?

*** Шел дождь, непрестанный, многодневный. Струи воды лились с неба, образуя серую стену. Капли уныло стучали по крыше несущегося с огромной скоростью автомобиля. Бесконечная блестящая лента шоссе уходила вдаль. Девочка украдкой взглянула на сидевшую за рулем мать и, счастливо улыбнувшись, запела:

Вокруг тутовника вприпрыжку

Гонялась за хорьком мартышка…

Мать дернулась, словно от удара и, на миг забыв обо всем, прикрикнула:

– Немедленно замолчи! Сколько раз повторять: не смей выть эту идиотскую песню! Меня от тебя тошнит, жалкая маленькая…

*** Она не успела договорить. Все происходило как при замедленной съемке. Машина не вписалась в поворот и, слетев с дороги, врезалась в дерево. Девочку выбросило из окна. Она больно ушиблась, но даже не потеряла дознания и почти сразу же вскочила. Мать зажало между креслом и рулевым колесом. Она истерически кричала:

– Эшли, вытащи меня! Помоги! Помоги! Но дочь молча наблюдала, не двигаясь с места, пока не раздался взрыв.

*** – Ненависть? Хочешь послушать еще?!

*** – Решение должно быть принято единогласно, – заявил Уолтер Маннинг. – Моя дочь – профессиональная художница, а не какая-то дилетантка…, сделала одолжение всем нам…, не можем же мы отказаться…, либо мы выберем работу моей дочери…, либо пастор останется без подарка…

*** Она припарковала машину у обочины, но не выключила зажигание. Пришлось подождать минут десять, пока Уолтер Маннинг не вышел на улицу. Он явно направлялся к гаражу, где оставил свое авто. Она вцепилась в баранку и нажала на педаль акселератора. Машина рванулась вперед. В последний момент Уолтер услышал шум мотора и обернулся. Она пристально всматривалась в лицо человека, который мгновение спустя уже лежал, бездыханный, под колесами. Изломанное тело отбросило в сторону, а она, не снижая скорости, умчалась. Свидетелей не нашлось. Господь был на ее стороне.

*** – Это и есть ненависть, доки! Настоящая ненависть! Гилберт Келлер не нашелся, что ответить, потрясенный силой этой хладнокровно-злобной жестокости. Он с трудом поднялся и вышел.