– Вера, – произносит физрук. Хрипло так, со злостью.

– М? – сверлю глазами пол. Тереблю пальцами край блузки, отсчитывая удары сердца, которые становятся всё быстрее и быстрее.

– Посмотри на меня! – отдаёт приказ, на который я лишь отрицательно мотаю головой.

– Вера! – произносит громче и делает пару шагов в мою сторону.

Саныч подбирается ко мне всё ближе и ближе, а я продолжаю стоять статуей вместо того, чтобы хоть шажок назад сделать.

– Вера! – грозный рык заставляет меня буквально подпрыгнуть на месте.

Инстинкт самосохранения и все остальные защитные функции организма активируются мгновенно, и я отбегаю к противоположной стене."

"– Ну, Мышкина! – за долю секунды он преодолевает то небольшое расстояние, которое нас разделяет, и нависает надо мной, глядя сверху вниз. – Немедленно говори, как смыть с волос эту гадость! – гаркает так, что у меня кожа мурашками от страха покрывается.

Деваться некуда, и теперь мне приходится поднять голову и посмотреть на учителя.

В целом, неплохо выглядит. Лучше, чем мог бы.

И лёгкий зеленоватый оттенок на волосах нисколько не портит его, а даже очень… Вот если бы он подержал тоник подольше, тогда вообще прелесть была бы, а так слабоватый эффект получился, конечно.

– Вер-ра! – стиснув зубы, выдыхает мне в лицо, обжигая кожу своим жарким дыханием. – Я жду!

Слышу, как хрустят крепко сжатые кулаки над моей головой, которыми физрук в стену упирается. Даже не по себе становится.

Только я опять действую не так, как следует.

И вместо того, чтобы помочь физруку, тихонько прыскаю от смеха.

– Чего?! – густые брови Саныча едва ли не взмывают к линии роста волос. – Совсем совесть потеряла, мелкая вредина?

Затыкаюсь тут же, потому что у Степана такое выражение лица сейчас… Будто если я ещё хоть звук издам, он без колебаний и сожаления придушит меня.

И ведь будет прав.

– И-извините, – брякаю, надеясь таким образом немного защитить себя.

Вообще нормальные люди извиняются, когда сожалеют о своём поступке и хотят загладить вину, а я вот собственную выгоду преследую.

– Нет, – тянет с каким-то странным, немного хищным выражением на лице, – нет, Вера. Ты теперь так просто от меня не отделаешься.

Вай, он ещё ближе ко мне становится. Инстинктивно упираюсь ладонями в его каменную грудь, стараясь хоть немного увеличить расстояние между нами.

Не знаю, просто мне неловко от того, что Степан так близко. Шумно дышит и смотрит опять пристально, заставляя моё лицо покрываться румянцем.

Кожей рук ощущаю, какие у него твёрдые мышцы. Так и хочется опустить ладони пониже и прощупать пресс, посчитать, сколько на нём кубиков. Должны же быть у Саныча кубики, он ведь спортсмен.

– Я повторю свой вопрос: как это смыть? – чеканить гневно, прогоняя прочь мои глупые фантазии.