Также и все ее мысли представляют собой пересказ летописи, ибо рожден этот бумажный образ, как и десятки его двойников, только страницами хрестоматий. Ни единой капли крови живого человека не смогла автор влить в чернильные жилы бумажных человечков. Также не были персонифицированы и те русы-разбойники из первой части: даже их предводитель сам собственного имени не знал.

Итак, мы видим, что трактовка Андреем Сербой и Мариной Лазаревой одного и того же события сделана диаметрально противоположным образом. А. Серба целиком находится на стороне русов и старается, по возможности, обелить их, затушевать сам факт грабительской цели похода. Он оправдывается необходимостью карать разбойников, которые грабят русских купцов, потом – политическими амбициями Игоря (персонажа отрицательного), а действие сосредоточено на приключениях, но никаких грабежей мирных жителей в нем нет. А главное, автор все время выставляет Хазарию воплощением мирового зла, а значит, русы как ее враги неизбежно воспринимаются как хорошие люди. У Лазаревой же русы – безымянная масса злодеев, густо замазанная черной краской, в противовес мирным хазарам и персам, жертвам, которые ничего не могут противопоставить своей злой судьбе. Хазария у Лазаревой – как чахоточная дева у Пушкина: «на смерть осуждена, бедняжка клонится без ропота, без гнева, улыбка на устах увянувших видна…» Русы выступают метлой судьбы, что смела древнюю державу с лица земли, но «своими» автор их не считает. Вообще заметно, что автора привлекал восточный пласт культур, а русы ей непонятны и нужны только потому, что без них в истории падения Хазарии не обойтись. Туманность представлений сказывается даже в терминологии: одни и те же люди (приближенные Святослава) называются у Лазаревой и русы, и росы, и росичи, и русичи, и русские, и росские. Материальная их культура отсутствует полностью, а при попытке дать деталь возникает ошибка (автор пришил Святославу карман на рубаху). И звенят кольчуги над степью – песня про Марусю ввела в заблуждение сотни авторов, не видевших никогда настоящей кольчуги…

При противоположной оценке русов у того и другого автора по линии «герой – злодей» их роднит, увы, невысокий художественный уровень. Русы картонны в обеих этих книгах, только картон раскрашен в разные цвета, белый и черный.

* * *"

"Я сама взялась за эту тему ради другого аспекта, а именно – открытия верхневолжской части торгового пути «из варяг в хазары». По этой причине меня интересует не сам заморский поход, а возвращение домой, в ходе которого это открытие и могло быть сделано, поэтому мое основное внимание сосредоточено именно на той части истории, которую мои предшественники обошли.