Как раз из той оперы, что живые позавидуют мёртвым, да…

Я тут описал далеко не все возможные последствия, которые могут на неё обрушиться при этом варианте.

И она оказалась вполне здравомыслящей дамой. Рассудив, что лучше синица в руках, чем утка под кроватью, она, после недолгих раздумий, согласилась на все предлагаемые мною условия.

Я связался с нотариусом, которого мне порекомендовал Сергей Карнаухов, и мы с ним договорились о встрече.

Всё надо было оформлять как можно быстрее, а то Февронья, хоть и приняла решение, но могла и изменить его, кто его знает, какие у неё мысли в голове крутятся.

На всякий случай, я решил пока никуда её и дочку не выпускать, и средств связи, соответственно, в руки не давать, чтобы полностью исключить фактор постороннего влияния.

Ещё одна проблема — это боевые действия.

Практически сразу после того, как Василий Силыч Троекотов изволил склеить ласты, я связался с Борисом, благо, радиомолчание соблюдать уже было не нужно."

"Я сообщил ему об удачном завершении нашей операции, а он огорошил меня тем, что атаки на поместье пока продолжаются.

То ли нападающие ещё не в курсе, то ли начальнику гвардии Троекотова крышу снесло.

Скорее всего не в курсе. Наёмникам нет никакого резона продолжать гробить людей и технику, так как бонусов уже никаких не будет. Заказчик отправился в мир иной и лучший и бонусы выплатить не сможет.

Но если это начальник гвардии чудит, то я ему не завидую. С ним то, как с вдовой почившего лендлорда, я, если что, миндальничать не собираюсь.

Завершив переговоры с Февроньей, я сидел в одиночестве и обдумывал свои дальнейшие шаги.

Пока на руках нет заверенных документов, то, формально, поводов для прекращения огня нет.

И этим, вероятно, пользуется хитросделанный начальник гвардии Троекотовых. Возможно, он рассчитывает что- нибудь с меня стрясти лично для себя. Но доподлинно я его мотивов знать не могу.

Я снова связался с Борисом Ивановичем. Тот сказал, что стрельба и атаки, вроде как прекратились, но штурмовики никуда пока не ушли, а встали лагерем в непосредственной близости от усадьбы и включили поля отчуждения.

Похоже, они там что-то решают.

Предполагаю, что наёмники, для продолжения боевых действий, требуют гарантий законности продолжения военных действий.

А начальник гвардии, руководящий операций, упирает на то, что всё пока на словах и призывает их исполнять договорные обязательства.

Времени у меня не много. Они могут возобновить атаки в любой момент.

Ребята, конечно, в обороне ещё некоторое время простоят. Но у нападающих численное преимущество, и они оборону нашу могут смять, в конце концов.