И, как выяснилось впоследствии, купил он меня не для себя, а для того, чтобы подарить этому мерзавцу, который, в конце-концов, и отправил меня к тебе.

— Что-то мне подсказывает, что отправил он тебя ко мне не сразу, — ухмыльнулся я.

— Ага, — скопировала мою мимику Ня. Надо сказать, получилось немного жутковато. Клыки-то у икати не редуцированные, как у нас, а вполне себе рабочие и очень заметны, стоит только им рот приоткрыть.

— Этот придурок попытался использовать меня, как сексуальную рабыню, но после того, как я ему разок располосовала морду и помяла его дрябловатые орешки, слегка покалывая коготками, он распорядился отправить меня в карцер для вразумления.

— Ага, насколько я понимаю, вразумляться ты не спешила, так ведь? — меня это изрядно развеселило, надо сказать. Но, примерно представляя себе моральный облик моего оппонента, могу сказать, что Ня прошла по краю. Ей изрядно повезло, что в голову Троекотова так вовремя пришла плодотворная и оригинальная идея, подменить мою сестрёнку этой киской. В противном случае, икати могла бы умереть не самой приятной смертью. Хотя и тут, похоже, планировалось, что живой из этой передряги выйти ей не удастся.

— Ну да. В мои планы совсем не входило становится подстилкой для этого урода. Поэтому просидела я в холодной довольно долго. Но сегодня утром мне в карцер запустили какой-то газ, вдохнув который я тут же потеряла сознание. А очнулась я от тряски, уже в багажном отделении флайера, с мешком на голове.

— Ага, я в курсе того, что произошло потом, — я посмотрел в глаза икати, — и, спасибо тебе за увлекательный рассказ.

— Ну, я не такая уж и хорошая рассказчица, — смущённо улыбнулась она, — а можно я теперь тебя поспрашиваю? У меня тоже есть вопросы.

— Спрашивай, — и выжидательно уставился на неё.

Моё пристальное внимание кошку нисколько не смутило, напротив она так, я бы сказал, провокационно потянулась, продемонстрировав свою гибкость и некоторые, весьма соблазнительные, округлости, на мгновение явно проступившие под серыми тряпками, покрывавшими грациозное тело.

— Ага, — подумал я, — снова удары ниже пояса. Дамы, к какой бы расе они не принадлежали, так предсказуемы…

— У тебя мысли, как у старца, давно уже не мечтающего о сексуальных наслаждениях, — возникла вдруг в мозгу мысль, принадлежащая Зоэ, — ты здоров?

— Ты на что-то намекаешь? — я был даже немного возмущен абсурдностью создавшейся ситуации.