Госпожа Овечкина, будучи уже откровенно перезрелой дамой со следами былой красоты на ухоженном лице, не отрываясь следовала обожающим взглядом за предметом своей тайной страсти, за мелким негодяем Робертом, который раз за разом наскакивал на меня, намереваясь таки проткнуть мою многострадальную тушку.

Господин Овечкин тоже следил. А вот он следил конкретно за мной. И, когда я встретился с ним глазами, он людоедски ухмыльнулся.

Тем самым он, видимо хотел показать, что желает мне скорейшей смерти, и, по возможности, как можно более мучительной.

Робертик продолжал наседать, а я, как мог, пытался избежать фатальных ранений.

Наконец, когда я отважился на неловкий выпад, произошло чудо. Иначе произошедшее назвать нельзя.

В тот самый момент, когда я выбросил вперёд руку с зажатым в ней клинком, Робертик элегантно отклонился.

Он, видимо, хотел пропустить остриё моей шпаги мимо себя. Подобный кунштюк он уже с десяток раз успел сегодня успешно проделать.

Но сейчас бретёру фатально не повезло. Внезапно его ступня поехала в сторону, скользя в маленькой грязевой лужице, и он, нелепо взмахнув руками, словно каплун на вертел, сам нанизался на мою шпагу.

Я, отведя на миг взгляд от агонизирующего тела, мельком поймал довольную улыбку Истер, и, скорее даже не услышал, а прочёл по её губам. Прочёл одно единственное слово:

— Получилось.

Глава 20

После бала

Ещё какие-то доли секунды Робертик удивлённо рассматривал мутнеющими глазами клинок моей шпаги, вонзившейся в его грудь, а потом ножки его разъехались в стороны, и он мешком свалился на истоптанную землю.

Над толпой повисла гнетущая тишина, сменившаяся через мгновение коллективным вздохом.

А потом, словно прорвало невидимую плотину — люди загомонили, обмениваясь впечатлениями и жарко обсуждая кровавое зрелище.

Ну да, кровавое. Я, так вообще был покрыт большим числом мелких порезов и царапин, а, поскольку из них понемногу, сочилась кровь выглядел я, словно меня в этой самой крови долго купали.

Этот смертник таким образом, похоже, издевался надо мной, показывая своё всестороннее превосходство.

Ну и под Робертиком уже изрядная лужа натекла. Да, кстати… Надо проявить человеколюбие и милость к падшим на ристалище, хе-хе.

Это я к тому, что надо собрать нанитов, делая вид, что ищу пульс у пострадавшего.

— Молодец! — это Зоэ решила прокомментировать мои действия, — без напоминаний обошёлся. Хвалю!

— Отож! — самодовольно подумал я, — Зоэ, а этот, кстати, от чего умер?

— Ну ты же ему сердечную мышцу грубо так проткнул, — отозвалась Зоэ."

"— А зачем мы тогда нанитов туда отправляли? — поинтересовался я.

— А на всякий случай, — ответила Зоэ, — тем более, что поработать им таки пришлось.