Может быть, он быстро достигнет и слуха того, кто нужен группе – немецкого шпиона. Носатый сделал небрежный знак рукой и пальцами, как будто стряхивал насекомое со стола. Это был знак, приказ вышвырнуть отсюда этого фраера. Да еще наказать попутно, чтобы ногами не дрыгал.

Сосновский тут же бросил взгляд в сторону двери. Ага, все правильно, те парни за крайним столиком у двери насторожились. Не водку они пили или им все равно что пить, потому что льют, как в бездонную бочку, и не пьянеют. Значит, выход блокирован, так сразу не прорвешься, только если большую стрельбу поднять, а этого делать нельзя.

Слишком много людей в ресторане, обязательно зацепишь пулей невиновного.

– И че? – осведомился Сосновский, смерив взглядом вскочивших из-за стола парней. – Че нервные такие? Валерьянка кончилась?

Больше взглядов по сторонам бросать нельзя. И опасно потому, что эти двое не простые ребята, драться они умеют. Очевидно. И если оглядываться будешь, это расценят как трусость, как попытку найти выход из положения и… из помещения. Ничего, Коган на месте, он прикроет сзади и обеспечит отход теперь уже через окно. Парни отвечать не стали, не ввязались в словесную перепалку.

Один ударил сразу, второй стал обходить Сосновского справа. «Правильно, – мелькнуло в голове, – чтобы у меня ушло очень много времени на попытку развернуться всем телом навстречу новому противнику. Простите, ребятки, но если вы сейчас достанете ножи, мне придется вас убить. Кто вы такие, теперь объективно понятно».

И Михаил встретил первый удар. Кулак, который летел ему в лицо, он чуть отвел левой рукой в сторону, одновременно гася силу удара противника, и правой рукой мгновенно ударил по его руке, сгибая кисть руки к запястью.

Сильным толчком и ударом в колено он вывел парня из равновесия и с хрустом сломал ему кисть. Тот заорал, хватаясь за руку, а Сосновский толкнул его на второго противника и отскочил назад. Второй выхватил финку, взвизгнул противно по-блатному и ринулся вперед, финтя вооруженной рукой и совершая обманные движения всем телом.

Сосновский успел заметить, что худощавый главарь с перебитым носом медленно тянет руку под пиджак. Все, шутки кончились. Сейчас оттуда появится наган или ТТ! И тогда Михаил подставился! Риск был огромный, но иного выхода Сосновский не видел, подставляя открытый живот под удар ножа снизу в кишки.

И его противник обрадовался такой возможности и, безрассудно перекинув нож из левой руки в правую, нанес этот удар."

"Вооруженная кисть угодила в самый последний момент в скрещенные руки Сосновского, и он рывком вывернул руку парня с такой силой, что там у него что-то хрустнуло. Рука или вывихнута, или сломана, и у этого человека такая сильная боль, что он некоторое время не опасен. Опасность за столом.