И хоть женщина этого не показывала прямо, но таких вот машинальных жестов было достаточно, чтобы Агата не сомневалась в своей правоте.

Хоть врач не дал никакой конкретики, но говорил «он», «пациент» – а не «пациентка». Значит, это мужчина. Но кто? Муж, любовник, сын? Кто-то близкий?

– Ты что-нибудь слышала про баюнов? – уточнила Медея.

– Нет. – Агата пожала плечами. – Это что-то из сказок? Кот Баюн?

– Запущенный случай. Нет, госпожа Адрон. – Медея насмешливо дернула бровью, как бы намекая, что при аристократической фамилии Агата оставалась сущей простушкой. – Это вполне реальная нечисть. Высшая, между прочим. Очень сильный и редкий вид, способный влезать в разум и менять его под себя. Достаточно только внедрить внутрь правильный запрос.

– И что, ты знаешь какого-то баюна? – Сердце забилось быстрее, во рту пересохло.

– Да, одного знаю. Он берет очень высокую плату за свою работу, но результат превосходит любые ожидания.

– Как его зовут? – Агата подалась вперед, уже не в силах скрывать нервного трепета.

Это бы всё решило! Перестроить сознание Серпа, нанизать туда правильные мысли: о семье, о детях, о том, что проклятый дар не должен управлять им. Может быть, и вовсе изничтожить все упоминания об этом даре… если так можно."

"От Медеи не укрылось её волнение. В глазах женщины появились издевательские искры, губы чуть искривились. Кажется, в эмоциях Агаты она усмотрела слабость. Поэтому её благодушное настроение сменилось откровенной насмешкой.

– Паук, – сказала она по слогам.

– Его имя – Паук?

– Его называют Пауком, ну а если хочешь конкретики – ищи сама. Я и так тебе многое выдала. Мы вроде не подружки, чтобы обмениваться сплетнями. Что ж, прошу меня извинить. Передавай привет супругу… и вашим очаровательным детишкам.

И, подмигнув, Медея скрылась в палате, оставив Агату в растерянных чувствах.

С одной стороны, у неё появилась хоть какая-то информация. С другой, можно ли назвать прозвище «Паук» достаточным, чтобы найти баюна? Мало ли Пауков ходит по городу или стране?

Ничего. Главное – с чего-то начать.

Агата сглотнула и вернулась к палате, где лежал дед Максим. Она постучалась и заглянула внутрь. Мать Серпа стояла у прикроватного столика и поправляла букет полевых ромашек. Невысокая пухленькая женщина, но не одутловатая, а очаровательная в своей полноте. Лишний вес её не портил, скорее – украшал. Добавлял очарования лицу, делал черты плавными, мягкими. Мама Серпа любила пошутить, что она полнеет за всю семью худощавых Адронов.

Услышав стук, женщина обернулась и заметила Агату.

– Заходи, – махнула ей рукой. – Не устраивай сквозняк.

– Здравствуйте, Виктория Максимилиановна. Не помешала?

– Нет, конечно. Мы всегда рады компании.