Моя же квартира была скорее похожа на койко-место для простой ночёвки в клоповнике, чем на полноценное жилище.

Миша провёл меня прямиком на небольшую кухню, где могли разместиться с хоть каким-то комфортом как раз таки двум людям. На деревянном столе стояла дымящаяся сковородка с пережаренной с салом картошкой. Желудок моментально напомнил о себе, громогласно уркнув так, что едва не затряслись стены дома.

— Ты присаживайся давай. Знаю ведь, что за день ничего не жравши. — хозяин жилища шагнул к небольшом холодильнику в самом уголке кухни, — По пятьдесят грамм за встречу?

— На голодный желудок? Меня же разнесёт не по-детски. Я бы от чая не отказался, если он здесь вообще растёт.

— Конечно растёт. Куда ему деться? Тебе с сахаром или без?

— Без. Всю жизнь так пью.

Через пару минут перед мной уже стояла стальная кружка, наполненная чёрным как смоль чаем и вилка. Короткобритый хозяин жилища быстро настругал парочку бутербродов с копчённой колбасой из грубо нарубленного фарша. Пожелав друг другу «приятного аппетита», мы принялись есть, пользуясь старым принципом о молчании за столом. Миша определённо не был шеф-поваром, но после суток тотального голодания любая пища казалась просто божественной. Вилка за вилкой жаренной до хруста картошечки залетала в рот, растворяясь в пищеводе сплошным концентрированным удовольствием.

Только когда мы отужинали, а я откинулся к стене, совсем позабыв о тяжести надетого бронежилета, одновременно с тем дожёвывая остаток бутерброда. От съеденного меня моментально потянуло в сон, но из всех немногочисленных сил мне пришлось оставаться в сознании.

— Тебе документы не выдали сегодня? — спросил меня Миша, подпаливая от зажигалки сигарету, совсем меня не стесняясь.

— Сказали завтра в полдень возвращаться. Дескать и документы мне тогда выдадут и автомат вернут. Попросили правда отыскать где-то чехол для него, но денег у меня сейчас нет от слова «совсем». Хотя, здесь уж как-то разберусь.

— В армию не предложили вступить? Они обычно таких как-ты с руками отрывают. Тем более, что довольствие у них неплохое, но и контроль на уровне. Ты же, походу, любовью к строгому контролю не отличаешься, раз в среде наёмников ошивался, а не в федеральные части вступил. — прищурился Миша и на лице его появилась вся хитрость этого мира.

— К чему клонишь?

— У меня к тебе предложение имеется, Серёга. По тебе видно, что ты парень боевой, а мне такого как раз не хватало, чтобы одно дельце провернуть. Ты не боись, ничего незаконного я тебе предлагать не буду, так что на дыбу не отправят. При тебе и снаряга имеется, и опыт, так что не пропадём.

— Давай конкретнее. Я здесь суток ещё пробыть не успел, а ты меня пытаешься на какое-то смутное дельце подписать пытаешься?

— Да брось ты.